— Правда пришлось отморозить на улице задницу, прежде чем попасть в подъезд.
Я переступаю порог и собираюсь прикрыть дверь, чтобы не разбудить Лизу, но мужчина выставляет ладонь, не давая мне этого сделать.
— Коля, ты пьян, — шепчу я, переграждая проход в квартиру. Не думаю, что Артуру понравится что в его доме был посторонний человек. Да и некрасиво это, без его спросу приглашать сюда кого-то. Пусть и парня. Все же работа и личная жизнь не должны пересекаться.
— Прячешь там своего любовничка? Я видел как вы обжимались во дворе.
Поэтому динамила меня, да? — резко надвигается на меня и вжимает своим телом в стальную дверь.
— Что за бред ты несешь? — от его разъяренного взгляда и перекошенного от злости лица становится не по-себе. А учитывая что мужчина ещё и пьян— невозможно предугадать его поступки.
Я сразу же догадываюсь о чем идёт речь. Значит, мне не показалось что за мной кто-то наблюдает. Понимаю, что рассказать правду не самый лучший вариант, да и в таком состоянии Коля вряд ли способен на серьёзные разговоры.
— Я что по-твоему, на дурака похож? Давай, позови его, хочу поговорить с ним. Как мужчина с мужчиной. Все же мы спим с одной и той же женщиной, — не унимается он. От его слов мне становится больно. Вот значит какого он обо мне мнения. Но больше всего меня сейчас заботит другое.
— Коля, прошу тебя, тише, ребенок спит. Нет здесь никого. Только я и Лиза.
— Эй, любовничек, выходи! — орет он и я прикладываю ладонь к его рту, пытаясь сделать так чтобы он замолчал.
— Господи, Коля, — обреченно вздыхаю я. — Всех соседей перебудишь. Полицию ведь вызовут.
Мужчина резко отрывает от себя мою руку и толкает меня внутрь квартиры, переступая порог.
— А ниче такая хата у твоего нового хахаля, — щурится он, оглядывая прихожую, пока я а панике пытаюсь понять что делать.
— Коля, прошу, иди домой и проспись. Давай я тебе такси вызову, а? Из-за тебя я могу потерять работу. Ты этого хочешь? Хочешь чтобы нам с тобой не было где жить? Давай, миленький, я в воскресенье приеду и мы поговорим.
А сейчас тебе надо домой. Ты ведь спать уже хочешь, да? — умоляю его, дотрагиваясь ладонью к щеке и доверчиво заглядываю в глаза. Хоть бы послушал меня.
— Ну, нет! — он отстраняется от меня, глаза бегают по комнате, зрачки расфокусированы. — Я все же с ним поговорю сейчас! Пусть платит мне за то, что я вынужден терпеть это все. Мне бабки знаешь как нужны сейчас? Вот так! — Бьет себя ребром ладони по шее.
