А где Лиза? — спрашиваю единственное, что приходит в голову, и стараюсь не сильно глазеть по сторонам. Не буду лукавить, мне безумно интересно, как живёт Артур, но не хочу, чтобы он это заметил.
— У неё сегодня занятия по карате, через полчаса поедем за ней, заодно посмотришь, где находится зал, чтобы потом могла сама отвозить ее туда, — его голос заучит ровно и равнодушно.
— Хорошо. — Я топчусь на месте, не зная, что делать дальше. Снять обувь или подождать здесь, пока Артур переоденется и мы пойдём за Лизой?
— Проходи, чего стоишь? Обговорим некоторые моменты, пока нет дочери.
— Мужчина складывает руки на груди и смотрит на меня пристальным, оценивающим взглядом.
— Да, конечно. — Пока я снимаю верхнюю одежду, Артур исчезает с поля зрения, и я иду вслед за ним.
С любопытством разглядываю просторную кухню с новомодной техникой и мебелью, а также Волкова, который суетится у плиты. Пахнет как-то странно, а когда из кастрюли начинает вытекать непонятная консистенция прямо на плиту, Артур начинает тихо материться и отставляет кастрюлю в сторону.
— Готовка — одна из моих слабых сторон. Хотел сделать Лизе тыквенный суп-пюре, — кривится он, смотря на желтоватую жижу. — Видимо, лучше заказать еду из ресторана. Плохая была идея. Ладно, давай перейдем прямо к делу. Садись, Даша, — указывает на стул, и я, сдерживая улыбку, присаживаюсь за стол и чувствую странный трепет в груди, словно именно в этот момент решается моя судьба.
Артур вытирает руки о полотенце и отбрасывает его в сторону.
Хмурым взглядом смотрит на грязную плиту, а потом качает головой своим мыслям и возвращает ко мне свое внимание.
— Итак, Даша, я подсчитал, что наши с тобой так называемые деловые отношения продлятся месяца два, этого как раз достаточно, чтобы ты заработала ту сумму, которая нужна для оплаты кредита, — начинает он. — Днем я дома бываю редко, часто могу пропадать по ночам, оставлять ребенка одного в квартире небезопасно, поэтому мне нужна няня, которая может быть доступна двадцать четыре на семь.
Он замолкает на несколько секунд, отворачивается к окну и стучит пальцами о стол, нагнетая обстановку ещё больше.
— Лиза не проблемная девочка, но ей тяжело расти без матери, все же я не могу ей дать полноценную семью, поэтому я надеюсь, что вы сойдетесь и ты, Даша, будешь относится к ней не хуже, чем если бы она была твоей дочерью, — его голос звучит строго, холодно и серьезно. Взгляд такой, что и гадать не нужно: это не просьба — это предупреждение.
