Волков реагирует не сразу, поэтому тормозит метрах в двух от меня и дает задний ход.
— Я никуда с вами не поеду. Пожалуйста, прекратите преследовать меня. — Я оборачиваюсь в сторону дома и скольжу взглядом по окнам своей квартиры. Где-то там должен быть Коля, может, он увидит, что ко мне пристает мужчина, и выбежит на помощь?
— Я не преследую вас, Дарья, что вы, — произносит таким голосом, что сразу понятно: врет. — Я лишь хотел… хм… — Он щурится, задумчиво смотря перед собой, и барабанит пальцами по рулю. — Вы боитесь меня, — заключает он, вновь поворачивая голову в мою сторону.
— Я понимаю, что тогда повел себя как идиот, но у меня были причины. Я волновался за дочь, вы должны понять меня. А сейчас я бы хотел извиниться и поговорить с вами.
Я не сразу отвечаю ему. Делаю глубокий вдох, оглядываюсь по сторонам, желая наконец-то сбежать от этого грубого мужчины.
— К вам в машину я не сяду. Всего хорошего, — выдыхаю устало и вновь иду в сторону остановки.
Машина едет рядом, боковое окно открывается, и слышится громкое детское:
— Доброе утро!
Лиза счастливо улыбается, сидя в детском кресле.
Машет мне ручкой и с восторгом смотрит на меня. На голове два кривых хвостика, ладони разрисованы розовым фломастером. Смешная такая.
— У меня на заднем сиденье ребенок, неужели думаете, что на его глазах я могу вам что-то сделать? — с насмешкой спрашивает меня Артур. — Залазьте уже, можете рядом с Лизой сесть, она будет рада. Все уши мне прожужжала о вашем вкусном тортике, который ей, кстати, нельзя, — последние слова, кажется, прозвучали с упреком.
Я не спешу принимать его предложение, но также понимаю, что он не отстанет. Не поговорим сейчас — вернётся вечером. И без дочери. Я снова обвожу двор взглядом в надежде встретить кого-то из знакомых, но, как назло, даже бабы Люси, главной сплетницы дома, рядом нет.
— Хорошо. Но знайте, я предупрежу родных по телефону, что села к вам в машину. Поэтому, если со мной что-то случится, первым, к кому заявятся, будете вы.
— Можем даже сделать общую фотографию, я не против, — насмехается он надо мной, когда я открываю дверцу и пытаюсь влезть в его огромного монстра.
— Мне на Королева двадцать шесть, пожалуйста, — произношу, стараясь, чтобы мой голос не дрожал от страха. Правда, улыбчивое лицо Лизы немного успокаивает и дарит надежду, что Волков при дочери в самом деле будет вести себя прилично. — И о чем же вы хотели поговорить со мной? — спрашиваю, когда он выруливает на дорогу.
