Ну, и как это называется?
Пытался отдышаться я, понимая, что опять перевозбужден и кинут.
Я накажу тебя, Туманова, за твои выходки!
Услышав за окном её хихикания, я отворил створку и свистнул Юрыча, который зависал с девчонками на качелях во дворе.
Скоро тебе будет не до смеха, маленькая… - усмехнулся в предвкушении.
– Что ты сделал с Женькой? – хохотнул Юрыч, подходя к окну.
Я сделал? Это она...
– А что, маленькая трусиха жаловалась? – поднял я вопросительно бровь.
Если Женя решит прятаться за спиной Юрыча, то боюсь, моим сладким планам не светит претвориться в реальность.
– Да нет… – подозрительно прищурился Орцов.
– Как ты отнесёшься к тому, чтобы сводить Танечку сегодня в потусоваться на ночь, за мой счёт? - перешел я сразу к делу.
– Это заманчивая идея, друг, – уклончиво ответил Юрыч.
– Только взамен мне нужен будет ключ от твоего дома.
– Хм. Ну, а насколько это будет безопасно… – начал подбирать он слова
– Для маленькой трусихи?
– Да.
– Абсолютно! Обещаю тебе, с ней ничего плохого не случится.
– Тогда замётано!
Ну, держись, Туманова!
POV Женечка
Автоматически подергивая себя за мочку уха, и периодически скользя взглядом по верхней дуге вправо (а в право по психокинетике взгляда— это «фантазирование»), Зорин сочинял на ходу сказку про внезапную болезнь Ольги, успокаивая наивную Танюшку, верящую каждому его слову.
Засранец!
Представление ведь явно для меня. Мог бы вытянуть её и сказать наедине правду, а не заставлять зря волноваться. Юрка явно подыгрывая, подхватил Танюшку за талию и потянул на выход, что-то нашептывая ей на ушко.
Ладно… - мстительно прищурилась я.
Я хотела эту фотосессию! А еще было обидно за Ольгу. Я не знаю, каким образом он нагнул её, но я-то чувствовала, что ей хотелось - хотелось даже еще больше чем мне.
– Итак, какие планы на сегодня? – Дэн был похож на кота, которому светила огромная миска сметаны.
Только что не мурлыкал….
Забавный!
Мне захотелось сорвать с него эту уверенность и скушать то, что под ней.
И я не стала отказывать себе в удовольствии. Хоть какая-то моральная компенсация, раз я лишена основного блюда на сегодня.
Сделав к нему навстречу несколько решительных шагов, я почувствовала физически, как продавила что-то типа кокона и оказалась внутри. Его уверенность тут же сменилась смятением и кадык нервно дернулся. Одновременно на меня навалилась какая-то странная необъяснимая нега. Меня завораживал его запах. Такой чужой, резкий, но притягательный.
