Влад, кажется, я тебе уже говорил о своем отношении к этим японцам?
— Говорил, брат, — мягко соглашается Красный Влад, плавно положив руки на подлокотники кресла, будто это могло спасти от турбулентности царского недовольства. — И не любил ты их за побратимство с Филиновыми. Но, заметь, сейчас единственный Филинов это Данила, на которого мы с тобой возлагаем определенные надежды.
— И что? Кимадзаро всё равно не вызывают у меня доверия, — замечает Царь. — Эти рисовые катышки помогали Филиновым во время восстания.
— Причем они до сих пор думают, что мы этого не знаем, — самодовольно ухмыляется Владислав. — Ну зато мы чужими руками избавились от смутьяна Шапкина и удержали наше Приморье малой кровью. Пускай Шапкин и был врагом Филиновых, но он играл в свою игру.
— Польза Кимадзаро для Царства исчерпана, — утверждает Царь.
— Не думаю… Боря, земли Кимадзаро уже не единожды подверглись атакам Золотого Дракона, — тихо-тихо произносит Владислав, перед этим повертев головой по сторонам. Пускай рабочий кабинет Царя защищен от прослушки всеми возможными техническими и магическими способами, но профессиональная привычка дает о себе знать в важный момент.
Царь молчит, неспешно оглаживая бороду.
— Информация достоверная? — спрашивает Государь.
— Разведданные подлинные. Косвенные признаки также налицо. Чайный экспорт Кимадзаро рухнул на сорок процентов, продажи электроники тоже упали, договоры поставки в Малайзию частично не исполняются. Их плантации и заводы абсолютно точно подвергаются атакам.
В глазах Царя вспыхивает предвкушающий блеск.
— Если это так, мы можем усилить наш Солнечный Дар, брат, — Борис задумывается и перебирает вариант. — Жалко, самим нельзя отправиться за Драконом. Слишком это подозрительно, да и повода нет. Других членов рода тоже не командируешь. Как и спецподразделения. В секрете нашей силы и наша слабость. Но если не мы, то кто-то другой заполучит мясо и шкуру Дракона.
— Используем Данилу как прикрытие, — предлагает Владислав.
— Будто бы он исполняет договор побратимства. Отправим с парнем лучших ликвидаторов. Они и принесут нам золотую шкуру.
— Хм, принимается. И пускай старик Фирсов тоже скатает с Данилой.
— Он же на пенсии, — замечает начальник Охранки.
— У дворян не бывает пенсии, — отмахивается Царь. — Вся их жизнь — дело чести. А у Фирсова всего лишь был временный отпуск. Да и к тому же он наставник Данилы, вот пускай и приглядывает за своим учеником.
— Как скажешь.
