Впрочем, это его не спасает. Едва горелый мужик стремительным прыжком приближается, я хватаю его за плечо и вытягиваю остатки сил. Всё. Моряк падает замертво.
— Здравствуй, уважаемый, — зайдя в переулок, я произношу вежливо.
— Сп-пасибо, брат, — хрипит избитый моряк, усаживаясь. Он весь в кровоподтеках, но ему хоть бы хны — физик, да к тому же пьяный в доску, что с такого взять. — Выручил по-братски…Дай обниму, браток…
— Обойдусь, — не глядя на моряка, посылаю ментальную волну, и он падает, уснув.
На широком лице давно уже выцвела татуировка с антителепатической отупляющей дрянью, а потому он легко поддается воздействию.
Убивать его не буду, ладно уж, раз проспал бандитский заход дружбанов. Вроде бы совесть его не мучала, но все равно не виновен.
Моряк дает храпака, я же продолжаю обращаться к тоже храпящему бродяге.
— Уважаемый… — Храп становится громче, будто специально. Хм. Вот так значит? — Сколько же у вас серы в ушах! Кажется, это из-за того, что у вас сильно загружен мозг.
Сейчас я вам его обнулю…
Бродяга резко разлепляет глаза, совсем уже не сонные. На заспанном лице отражаются признаки интеллекта.
— Эм, уважаемый, давай-ка я обойдусь без твоей помощи, — он с испугом отодвигается от меня и смотрит просяще. — Мои знания пока еще нужны городу. Всё же я бургомистр Заиписа!
— Действительно? — Такого поворота даже я не ожидал. Мое внимание привлекло то, что у бродяги очень солидный накопитель. Мастер минимум. Вот мне и стало интересно, что настолько сильный маг забыл в грязной подворотне.
Может, он сумасшедший? Или врет? — А я господин Филин, спаситель вашего города.
— Филин, значит? — Бродяга хмурится, а потом резко вскидывает руку. Мертвые матросы вдруг дергаются конечностями и, судорожно трясясь, неумело и медленно поднимаются, словно роботы с частично сгоревшими платами. — Хе, конечно. Нехорошо шутить со мной, молодой человек.
С интересом я наблюдаю за восставшей нежитью. Некромант, значит. Интересно, какого ранга эти неваляшки? Что ж, это легко проверить.
— Тут еще вопрос, кто с кем шутит, — выпускаю Каменный ливень.
Груда валунов заживо хоронит под собой моряков, если такое выражение можно употребить по отношению к нежити. Правда, насыпь из камней слегка поднимается, лишь слегка, но это всё равно приличный показатель для оживших мертвяков. Значит, уровень умертвий достойный. Пройдет день-два и упертые трупы вылезут наружу. Но сейчас они безвредны.
