Никто не смеет обворовывать Данилу Степановича!
— Есть, госпожа, — безопасники поднимают Сопляков и, встряхнув его, уводят на этаж СБ для долгой беседы.
Оставшиеся в кабинете Алиса с Василисой переглядываются и качают головами.
— Васюша, насколько же этот директор тупой, раз рассчитывал обвести вокруг пальца ревизионную службу! — разгорячилась Алиса. — Цена выше рыночной на тридцать процентов! Даже слепой заметит!
— И не говори, Лисочка, — совсем не расстраивается брюнетка. — Но зато у Данилы Степанович появился новый повод похвалить нас.
— И не говори, подруга, — смеется довольная блондинка. — Похвалить нас точно есть за что — и материально, и вниманием.
* * *
Прежде чем выбираться к Бирюзову, я всё-таки собрался ему звякнуть. Решил дать последний шанс, а то вдруг боярин очень занятой человек или сын не доложил ему о происшествии. Нехорошо получится, если Бирюзовы станут амбассадорами экстравагантных запахов ни за что ни про что.
— Что?! Кто такой смелый?! — в трубке звучит удивленный басистый голос.
— Обычно мне не звонят с незнакомых номеров!
— Граф Данила Вещий-Филинов, мое почтение, боярин.
— Хм, откуда у тебя мой личный мобильный? Я не привык, что меня набирают все кому не лень.
Эх, как невежливо. Почивший Грандмастер Стяжковых знал много полезной информации, в том числе контакты союзного клана, но, конечно, об этом не стоит распространяться.
— Случайно узнал, — отвечаю. — Не подскажите, ваш сын не передавал, что я жду извинений от вас?
— Я в курсе происшествия на вечеринке Митовичей, но никакая экспертиза не проводилась, тот артефакт мог принадлежать кому угодно, соответственно у тебя нет оснований требовать с меня никаких извинений и компенсаций, — обрубает боярин.
— И вообще советую прекратить поднимать этот вопрос, так будет лучше и для твоего рода.
Ну, как всегда. Сильные мира сего редко хотят понимать по-хорошему. Справедливость? Честь? Признание вины? Нет, не слышали.
— Я сам решу, что лучше для моего рода, — и сбрасываю вызов."
"Вечер уделяю урокам, медитации и прокачке Легиона.
Для последнего заглядываю в мираж. Пытаюсь наладить общение с дроу, но тот ни в какую не хочет дружить, высоко задирает нос, и с разбегу ныряет в волны иллюзорного моря. Ну, его дело. Другого пути у Наггера всё равно нет: либо зарабатывать себе новое тело, либо остается бесплотными сгустком сознания. А пока запустим-ка ему в компанию пару восьминогих друзей.
— А-а-а-! Пауки! — в ужасе дроу выпрыгивает на берег и уносится куда-то за горизонт.
