— Здравия желаю, товарищ полковник! — бодро проговорил старший лейтенант. — Я вам звонил, но секретарь сказал, что вы в отъезде.
— Еду в территориальное управление, а потом решил заехать в Люберцы, здесь, в НКГБ, у меня кое-какие дела имеются. Не лишнее и с тобой переговорить. Что там по операции «Связной»?
— Получили радиограмму, курьер должен прибыть со дня на день. Сейчас мы готовим встречу. Вот только здесь имеется одна проблема, — задумчиво изрек Романцев.
Полковник спустился с крыльца и медленно зашагал к машине.
— Докладывай, старший лейтенант, что там за проблема?
— Нам организовать встречу с настоящим радистом, или все-таки вместо радиста должен быть подготовленный оперативник?
— Как ведет себя радист? — спросил полковник, остановившись.
— Поведение Копылова безупречное, — уверенно произнес Тимофей. — Ничего компрометирующего я за ним не заметил. Он всерьез рассчитывает получить прощение от Советской власти.
— Вот что я тебе скажу, старший лейтенант, — развернулся полковник. — Доверять ему еще рановато, поэтому пусть лучше вместо него будет толковый оперативник.
— Все так, — легко согласился Романцев, — но курьер может знать Копылова в лицо, например, они могли закончить одну разведшколу или пересекаться где-то в другом месте."
"Водитель предусмотрительно отошел на значительное расстояние, с которого невозможно было услышать конфиденциальный разговор, и аппетитно, слегка прищурив глаза, смолил «Казбек». Похоже, что здесь ему нравилось: безлюдность, каковую обычно не встретишь в Москве, свежий воздух, настоянный на прелой хвое, милой выглядела даже дорожная грязь, коей были заполнены все колдобины.
— Тоже верно… Только я не думаю, что твой подопечный представляет для немцев сейчас какой-то большой интерес. Они только готовят его к настоящей и серьезной работе. Проверяют… А для этого достаточно и простых курьеров. Серьезная проверка еще впереди, так что я все-таки склоняюсь к тому, чтобы вместо него был какой-нибудь оперативник.
— А если он все-таки знает радиста?
— Тогда оперативник должен найти какой-то выход.
— Хорошо, — не сумел скрыть своего разочарования Тимофей.
— Не дрейфь, старший лейтенант, — успокоил полковник Утехин. — В случае чего мы его прикроем. Кстати, а кого ты думаешь поставить вместо радиста?
— Сам пойду, — после секундного колебания ответил Романцев.
Полковник широко растянул тонкие губы, показав слегка пожелтевшие от табака зубы:
— Я так и подумал… Теперь не сомневаюсь, что все пройдет удачно.
