Копылову действительно нужно предоставить некоторую свободу. Но оставлять его совсем без надзора неразумно.
— Да, товарищ полковник, об этом не может быть и речи! Наружного наблюдения с него снимать не будем.
— Но вопрос по Копылову весьма серьезный. Об операции «Связной» знают в Главном штабе, и решать его единолично мне никто не позволит. Последнее слово останется за начальником Главка. Как он решит, так и будет. Я как раз с ним завтра встречаюсь и поговорю по этому делу, а ты подготовь мне свои соображения и передай с курьером.
До завтрашнего дня успеешь?
— Они уже написаны, товарищ полковник! Сегодня же отправлю с курьером.
— Вот и отлично!
Полковник Утехин перешагнул просторный кабинет начальника Главного управления контрразведки «СМЕРШ» и произнес:
— Здравия желаю, товарищ заместитель комиссара обороны.
Комиссар ГБ 2-го ранга Виктор Семенович Абакумов поднялся с широкого кожаного кресла и, сделав навстречу гостю несколько неторопливых шагов, протянул руку.
Ладонь у него была плотная, мускулистая, но пожатие получалось не крепкое. Придержав ладонь Утехина, спросил:
— Есть какие-нибудь новости, Георгий Валентинович?
— Так точно. Я принес результаты работы по операции «Связной».
— Садись. Докладывай соображения!
Полковник Утехин сел по правую сторону от Абакумова и развязал папку с белыми длинными тесемками.
— Здесь все подробно расписано…
— Я, конечно, ознакомлюсь с твоими материалами обстоятельно.
Ты знаешь, какое значение придается операции «Связной», она уже принесла свои результаты… Но все-таки хотелось бы сначала услышать твои личные наблюдения."
"Георгий Утехин был старше Абакумова на два года и уже с шестнадцати лет служил в отряде ЧОН ГПУ в Туркестане. В это время юный Абакумов подвизался добровольцем-санитаром. Немногим позже работал упаковщиком в Московской кооперации, и вряд ли тогда кто-нибудь из его коллег мог рассмотреть в нем будущего заместителя народного комиссара обороны.
По всем служебным законам Абакумов должен был находиться в подчинении Утехина, однако произошло наоборот. И разделяющая сейчас их пропасть была просто непреодолима. Абакумов вообще выглядел баловнем судьбы: в то время как Утехин терпеливо шагал с одной служебной ступеньки на другую, не пропуская при этом ни одной, Виктор Семенович их просто перепрыгивал.
