Он ведь сказал – замуж за меня пойдешь! Не спрашивал! Именно сказал!
Серьезно?
Мог ли он на самом деле говорить это серьезно? Ведь Илик объяснял мне, что его старший брат слов на ветер не бросает!
И разве можно таким шутить?
А если это серьезно, если он готов предложить мне руку и сердце?
Почему же я тогда от него убегаю?
Я ведь…
Я люблю его.
Да, именно так я думала. Была уверена в этом.
Я его люблю.
Я не знала, когда и как это произошло!
Господи, мы ведь виделись всего несколько раз, но… полчаса с ним в машине, когда мы ехали молча в тот раз, когда избили Ильяса, эти полчаса были, возможно, самыми счастливыми в моей жизни.
Просто потому, что я ехала с ним! И дорога в конюшни… И катание на Альхайят.
И та поездка на Тамерлане, когда мне казалось, что мое сердце… нет, не останавливается, оно просто аккуратно открывает грудную клетку, выходит крадучись, пробирается сквозь ребра в клетку к его сердцу, и прижимается к нему, отказываясь возвращаться обратно!
Сердце давно сказало ему -да! А глупая голова сопротивлялась!
Или, наоборот? Сердечко Светлячка было глупым?
Мама видела мое состояние тогда.
И она сказала – знаешь, любовь часто причиняет боль. Но лучше один раз испытать эту боль, чем всю жизнь прожить не зная, что значит любить.
- Мам, ты так говоришь, потому что у тебя был папа? Но ведь тебе плохо без него?
- Плохо. У меня до сих пор болит вот тут, – она прижала руку к плечу, над грудью, - болит, чтобы я не делала! Но когда я подумаю о том, что было бы если бы его не было в моей жизни – мне становится еще хуже.
Если бы Тамерлана в моей жизни не было?
Я уже не представляла себя без него. Не знала, как жить без той самой боли в сердце!
Он обнял меня в коридоре отеля, прижал к себе, после того как я сама просила поцеловать меня. Я чувствовала его, всего… и…отпрянула, понимая, что он хочет.
У меня кружилась голова, шум стоял в ушах, в груди все сдавило."
"- Почему ты боишься меня? Я не сделаю тебе ничего плохого. Нам будет хорошо. Я тебя не обижу! Никогда мой Светлячок!
Не обидит…
В тот момент мне, наверное, было все равно.
Нет, не так.
Господи, в тот момент мне хотелось, чтобы он меня обидел! Хотелось, чтобы поднял на руки, отнес в свой номер, и… не отпускал бы до утра!
Я хотела узнать с ним все. Хотела, чтобы он научил меня страсти.
- Тамерлан… я…
Мне уже не нужно было ничего говорить. Он понял.
Осторожно поднял меня на руки и понес.
В номере аккуратно усадил на диван, опустился на колени передо мной.
