Так больно, ломит виски…
И почему-то у меня вертится мысль, которую я почему-то не могу ухватить. Понять. Что не так? Что я сегодня понял не так?
Петрос женился на моей Зое. Он влюблен. И она… я видел ее лицо. Она счастлива! Улыбается, смеется. Ждет мужа, чтобы пойти с ним в номер и…
Почему от мыслей об этом у меня кровь превращается в адскую кислоту?
Я ведь помню каждый сантиметр ее тела! Я целовал каждый сантиметр. Я как скульптор, который лепит из глины, руками своими исследовал каждую впадинку, складочку, каждый изгиб.
Я помню мягкий атлас ее кожи. Помню аромат… Помню звуки, которые она издавала, когда была со мной, была моей. Принадлежала мне!
Она ведь мне принадлежала!
Те несколько дней в Сочи, самых счастливых дней в моей жизни она мне принадлежала! Вся. Без остатка! И в мыслях, и в мечтах, и в прошлом, и в настоящем, и в будущем!
Если бы я устроил нашу свадьбу там, тогда! Я ведь хотел! Если бы я сделал это!
Вспоминаю, как Ильяс, узнав о моих планах стал меня отговаривать. Он считал, что Зою скоропалительная свадьба может оскорбить.
И не только Зою. Есть ее мать, которой, конечно, захочется для своей дочери роскошного праздника. Есть наши родители, которые заслужили видеть старшего сына в образе жениха… Как я повелся на эти его слова? Зачем слушал?
Почему вообще я послушал отца, принял без вопросов всю эту историю с Алиевыми?
Интересно, если бы я в первую ночь не понял, что Мадина не девственна? Если бы она была чистой, непорочной? Что было бы тогда? Я позволил бы им так же развалить мою жизнь? Или все было бы иначе?
И я бы и не узнал, что моя Зоя…
Моя Зоя ждала ребенка от меня.
Моя Зоя… Стоп! Вот оно! Я вспомнил!
Опрокидываю в себя еще одну крохотную чашку кипрского кофе. Он мгновенно ударяет в голову.
У Зои не было выкидыша тогда. Получается… она родила ребенка не Петросу? Получается, ее ребенок это…
Господи! У меня есть ребенок! Эти официантки, работницы отеля, разговоры которых я услышал, сказали, что у них дочь. У них… Получается, дочь у меня?
Я должен знать правду! Должен!
Встаю, поворачиваюсь, вижу, что у стойки ресепшн уже никого нет.
Они ушли! Но мне нужно поговорить с ней. Просто узнать правду! Просто спросить!
Я бегу, вижу, что они стоят в лифте. Петрос обнимает Зою. Она такая тоненькая, хрупкая, нереально красивая в простом белом платье!
- Зоя! Зоя!"
"Я кричу, но воздуха в легких не хватает, крик получается сдавленным, хриплым.
Двери лифта закрываются, навсегда скрывая от меня моего Светлячка.
