Илика определяю в лучшую клинику.
Мать… она остается со мной. Приходит каждый день.
Не могу ее видеть. Больно.
- Сынок… за что это все нам? За что?
Я знаю, за что. Помню каждое слово…
«Проклинаю! Слышишь? Проклинаю тебя, и всю семью твою, весь твой род! Гореть вам в аду за все, что вы сделали, слышишь? В аду гореть! До седьмого колена, до десятого! И ничем тебе свою вину не искупить, слышишь? Ничем! К тебе пришла чистая душа, невинная светлая! Любовь тебе свою отдала, а ты… Растоптал! Уничтожил! И не думай, что я тебя боюсь! И бандитов твоих! Не боюсь! И девочку свою я от вас спасу! А теперь пошел вон отсюда! Убирайся! Ни видеть, ни слышать она тебя не хочет! А деньги, которые твоя семья ей предлагала – пусть эти деньги у вас поперек горла встанут! Не принесут они вам счастья!»
Права она была.
Деньги встали нам поперек горла. Поперек сердца. Не принесли счастья.
- Мать, не плач. Не надо. Хочешь – езжай на родину, я тебе куплю новый дом. Что хочешь?
- Хочу, чтобы вы били счастливы, сынок! Хочу, чтобы ты жил! Хочу, чтобы Илик встал на ноги, чтобы он мог видеть!
- Я живу, мама.
Живу.
- Там… я хотела спросить… та девушка, Зоя… может быть, мне пойти к ней? Я готова ей в ноги упасть! Просить прощения за все!
В ноги упасть…
Поздно мама, слишком поздно в ноги падать.
- Не надо, мама. Не надо.
Я не плакал никогда. В детстве, быть может, самом раннем. Когда совсем был малышом.
Когда мать уходит, я стискиваю зубы, чувствуя, как горячая влага разъедает глаза.
Не выдерживаю и кричу. Громко.
Руками разрываю бинты, срываю капельницы, провода, все… Зачем мне это? Зачем жизнь?
Прибегают сестры, врачи, что-то вкалывают в вену, и я отключаюсь.
Чуть бы побольше лекарства. Чтобы совсем. Наверное, можно попросить об этом?
Утром приходит доктор.
Я рассказываю о своей проблеме.
- Жить не хочешь, значит? Извини, Там. Я не Господь Бог. Я не могу решить этот вопрос. Зачем-то он оставил тебя на этой земле. Зачем-то сохранил твою жизнь. Возможно, ты должен исправить ошибки?
- Есть такие ошибки, которые не исправить, Товий Сергеевич…
- Есть.
Знаю. Я и сам совершал такие ошибки. Фатальные. Но… видишь ли, есть законы бытия. Законы человеческие. Ты не можешь поправить одну ошибку, но ты можешь сделать так, чтобы кто-то не совершил такую же. Если ты погубил чью-то жизнь – значит, можешь чью-то спасти? У нас у хирургов именно так. Давай-ка, посмотрю тебя. Будет больно. Терпи.
Я готов вытерпеть любую физическую боль.
Не могу терпеть душевную.
Не могу.
