«Что ж ты все никак не тянешь на счастливого, Никита?» Подошла и протянула коробку.
— Держи. Отдашь своей девушке, — сказала, будто Марины здесь не было и в помине. От того, как ту перекосило, стало немного приятно, но не надолго.
Никита взял коробку и забросил на заднее сидение.
— Садись в машину.
— Я на такси. Спокойной ночи, Никита, — сказала, по-прежнему игнорируя разъяренную, как фурия, Ермолаеву."
"— Стой, — снова знакомый властный окрик, — я сказал, в машину!
— А меня кто отвезет, Никита? — обиженно обернулась к нему Ермолаева.
— Ты поедеш на такси. Идем, — он потянул ее за руку в сторону «шашечек», которые приехали за Саломией. И тут же сердито сверкнул глазами. — Саломия, тебя за шиворот в машину усадить?
Саломия вздохнула и села на переднее сиденье. Елагин практически впихнул Марину в такси, за руль сел злой, как черт.
— Я могу попросить тебя не указывать, что мне следует делать? — он сжал руль так, что костяшки пальцев побелели. Дураку ясно, что речь идет о платье.
— А разве ты не для нее платье покупал? — удивилась Саломия.
— Я видела, как вы переписывались.
Никита снова сжал руль, поразительно, как тот не треснул. Хороший производитель, немецкий концерн БМВ…
— Нет. Не для нее, — он завел двигатель, — это не ее фасон.
Саломии и хотелось верить, а почему-то не верилось. Зато верилось в спесь и мужское самомнение, но она решила промолчать.
Глава 17
Саломия первая вышла из машины и пошла к дому, не дожидаясь Никиту. Она слышала, как он хлопнул дверью, но не стал ее догонять, просто шел следом и окликнул лишь, когда поднялись на этаж.
Она повернулась, Елагин протягивал коробку с платьем.
— Послезавтра презентация, ты должна пойти со мной. Я хотел бы, чтобы ты была в этом платье.
Она послушно кивнула, взяла коробку и уже собралась уйти, как вдруг он накрыл ее ладони и придержал, глядя в глаза.
— Саломия. Она спросила меня, одеваешься ли ты в бутике Влады, и я ответил, что да. Больше ничего. Я как только увидел тебя в этом платье, решил, что оно должно быть твоим.
— Спасибо, — Саломия отвела взгляд и потянула к себе коробку, но Никита продолжал крепко держать ее за руки, и тогда она подняла глаза.
— Мне показалось, твоя девушка тоже хотела это платье.
— Это ее проблемы… Саломия!
Она снова посмотрела исподлобья, ее муж выглядел слишком взволнованным.
— Ты очень красивая…
Что на это можно ответить?
— Спасибо. Ты тоже, — выдернула коробку и ушла в свою комнату, оставив растерянного — или разозленного? — Елагина посреди коридора.
