Саломия снова залилась краской, отворачиваясь к окну, почему он позволяет себе так говорить о ней? С другой стороны, похоже, что сам факт пребывания Саломии в роли официантки пусть это был один вечер, пусть она пробыла в ней не более пары часов, пусть она больше никогда даже близко не подойдет к ночному клубу, навсегда исключил ее из списка девушек, способных хоть как-то заинтересовать этого заносчивого парня.
«Ну и убирайся к своей ненаглядной», — Саломия уныло смотрела в окно, а Никита и не думал продолжать разговор, словно он был в салоне один, а она так, пустое место.
Довез ее до дома, Саломия выскочила из машины, холодно поблагодарила, стараясь на него не смотреть, а он, кажется, даже не обратил внимания, просто уехал, даже кивком головы не ответив на ее «хорошего дня». Что ж, он слишком хорошо знает себе цену, от таких лучше держаться подальше, как от прочих игнатов и олегов. Достаточно того, что этот голубоглазый красавчик избавит ее от Игната и гнетущего долга, за это Саломия будет ему очень признательна.
Но придя домой, она тут же достала краски, встала за мольберт и начала рисовать. Штрих за штрихом, Саломия периодически закрывала глаза, чтобы вспомнить, потому что в памяти его образ запечатлелся отлично. И через некоторое время с грустью смотрела на изображение парня с пустым, холодным взглядом, что стоял вполоборота и смотрел на нее через плечо. И таким живым был этот взгляд, что Саломия не выдержала и развернула мольберт к стене.
— Так постоишь, нечего на меня глазеть, — она была рада, что может высказать все хотя бы портрету, — а я пойду сделаю кофе.
Но уже через полчаса развернула его обратно и, усевшись напротив с дымящейся чашкой в руках, снова смотрела в голубые глаза, цвета которых ей удалось добиться с наибольшей достоверностью.
* * *— Она нам подходит, — решительно кивнула старуха, поджав губы, когда за Саломией закрылась дверь, и она не могла этого слышать. — Это то, что я искала.
— Ты уверена, мама? — спросил ее сын, слегка нахмурившись.
— Абсолютно. Ты можешь проверить, но уверена, лучше мы не найдем.
Александр кивнул, Ирина неслышно вздохнула. Девушка ей понравилась, но семья приняла решение, а она не смела возражать.
Глава 3
Саломия подсознательно ждала звонка, поэтому когда тот внезапно вспорол тишину ее комнаты, ответила мгновенно и ничуть не удивилась, услышав голос Александра:
— Саломия? Это Елагин.
