Сам чиновник никак не пострадал и отделался лёгким испугом, но был признателен, когда я остановился и предложил подкинуть его до дворца культуры.
— То, что мы имеем, — мы уже имеем, поэтому оно нам неинтересно, — спокойно поясняю.
— А когда насытишься и удовлетворишь все свои потребности без остатка? То что?
— Это невозможно, Николай Иванович. Мы постоянно испытываем чувство неудовлетворенности.
— И чем тебя не устраивает стабильность, Михал Андреевич? — не унимается Карасев.
— Периодический выход из зоны комфорта очень полезен.
Когда человек слишком долго находится в стабильном состоянии — он останавливается в развитии, становится мягким и уязвимым.
— Я занимаю свою должность более десяти лет подряд, — недовольно фыркает губернатор. — Вроде пока не деградировал.
Я бы поспорил, но не стану. Не в моих интересах.
— Не деградировали, Николай Иванович.
— Те, кто постоянно действует и не сидит на месте — как по мне, похожи на безумцев.
— Во всем необходим баланс.
— С этим согласен. Так кто же займет твоё удобное кресло, Басаргин?
— Это пока не решенный вопрос.
В чем основная проблема.
— Хорошо, спрошу по-другому — кого ты подашь на свою должность? Учти, я терпеть не могу кумовства.
— Я вас познакомлю, но чуть позже."
"Для этого и еду на ебучий утренник. Так вышло, что должность в столице досталась мне не за красивые глаза. С небольшим условием, чтобы я посодействовал и помог устроить на своё место одного конкретного человека.
Карасев утверждает, что не приемлет кумовства, но это чушь полнейшая.
Уже заочно на мою должность метит человек с дерьмовой репутацией и отличными знакомствами. Все дела, которые он ранее вел, успешно заминались и «хоронились». Преступление — это ведь не только действие, но и бездействие.
Мы подъезжаем к двухэтажному старинному зданию с высокими белыми колонами, опоздав на пять минут. Договариваемся с Карасевым детальнее обсудить список кандидатур уже в ресторане, куда все отправятся после официального концерта.
Выходим на улицу, торопливым шагом направляемся в зал.
На входе стоят молодые студентки и вручают буклеты с детальным расписанием концерта.
Как и обещала Катя — наши места находятся в первом ряду. Одно слева — все ещё свободное.
— Ты на него не дави, — предупреждает Катерина. — Папа говорил, что Николай Иванович довольно гибкий, если найти к нему подход.
— Я вроде не давил.
— Мне так показалось. Немного.
Катя поглаживает меня по руке и слегка улыбается.
— Весь напряженный, Миш.
