Удары сердца становятся тяжелее, будто этот мой орган вдруг накачали свинцом, ведь ответа на свой перфоманс не получаю ни через минуту, ни через две, ни через три, и даже ни через пять.
Если у него нет на меня времени… Если я для него развлечение… Если…
От этих «если» сердце еще тяжелее становится. Мечется и бросается в крайности, ведь мои чувства к этому парню ненормальные!
Мессенджер квакает сообщением спустя десять минут, и я в него проваливаюсь."
"Внутри фотография, почти копия той, что отправила я. Только другая ванная комната и другое зеркало.
Тоже запотевшее. И на нем — аналогичное моему сердечко, но сердечко Палача вдобавок ко всему пронзено стрелой.
— Твою… мать… — шепчу сдавленно, глядя в потолок автобуса.
Глава 38
Этой короткой переписки мне хватает с лихвой, чтобы гореть до самого вечера. Ее и до конца жизни могло бы хватить, но с каждым часом голод по общению с моим парнем в реальности становится все сильнее.
Я могу себе это позволить, ведь он должен заехать в восемь, а я заметила, что Артур Палачёв не любит опаздывать.
Мне нравится эта черта. Это крошечное дополнение к тому, что я уже о нем знаю. Все его черты в течение этого дня приобретали особую привлекательность, словно противный Купидон щелкнул у меня в голове пальцами.
Он прислал мне сердечко. Палач! Я не могу не гореть. Я смирилась. Он не оставил ни малейшего шанса найти в своем отношении ко мне чертов изъян. Не оставил выбора! Заставил гореть. Снова…
В десятый раз осматриваю длинную рубашку, в которую одета, и все же расстегиваю еще одну пуговицу сверху, делая вырез открытым на грани фола.
На бедрах у меня джинсовые шорты, и их длины хватает, разве только чтобы прикрыть задницу, но длина рубашки это компенсирует.
Откопав в шкафу сумочку, дергаю за молнию и заглядываю во внутренний карман, проверяя презерватив. Тот самый, который таскаю с собой черт знает сколько времени, но никогда… ни при каких обстоятельствах я не могла вообразить, с кем вероятность им воспользоваться станет такой огромной!
Выдернув пакетик из сумки, я смотрю на него и втягиваю воздух так, что носу больно, а потом пихаю презерватив в задний карман шорт, чтобы был под рукой…
Никита отправился в кино с каким-то другом, а мама еще днем уехала на работу, поэтому, когда закрываю ключом дверь нашей квартиры, в ней темно и тихо.
Эхо моих шагов разносится по лестничной клетке, я захожу в лифт и прислоняюсь спиной к стене, еще раз бросая взгляд на свое отражение, теперь уже в узком древнем зеркале лифта.
