Плитка под ногами похожа на настоящий камень, и она нагрета солнцем. Тепло поднимается аж до коленок, когда сбрасываю сандалии и ступаю босиком. От вида снежных шапок на вершинах вдали опять пробирает холодок восторга. Я делаю фотографии. Щелкаю без разбора, словно туристка.
Положив телефон на шезлонг, берусь за поручень и ногой пробую воду. Она холодная, наверное, ее меняли недавно…
— Он подогреваемый. Еще не нагрелся.
Развернувшись на пятках, смотрю на Палача.
Сбросив шлепанцы, он кладет руки в карманы спортивных шорт и медленно направляется ко мне.
Смотрю в сторону, но это не спасает, когда он оказывается рядом.
Близко.
Ветер швыряет мне в лицо запах мужского парфюма, но такой тонкий, что за него ухватиться хочется. Вдохнуть еще. Я не дышу. И так хватает!
Он на голову выше, даже чуть больше.
Вот так, в нарушающей мои личные границы близости, это особенно чувствуется, тем более я босая. Да и он тоже, так что без разницы.
У меня внутри чешется.
Поднимаю глаза.
Смотрит на меня, опустив подбородок.
Несмотря на то, что Рафаэля можно назвать очень красивым, а Палача я бы таким не назвала, его лицо мне кажется гораздо интереснее. Когда взгляд падает на губы, снова смотрю в сторону.
— Пить хочешь? — протягивает запотевшую банку, которую достал из кармана.
Взяв ее, кручу в руке.
Это мохито. Я хочу пить, да. Вскрыть не успеваю, мешает тихое замечание над головой:
— Я скоро начну сомневаться в том, что ты умеешь говорить.
— Не люблю надоедать разговорами, — поднимаю на него взгляд.
— Я заметил…
Он опускает глаза и смотрит на мою руку, в которой держу банку.
Вздрагиваю, когда вокруг запястья оборачиваются теплые пальцы, которыми Артур заставляет перевернуть руку. Большим он обводит пятна синяков на моей коже, оставшиеся от Чупы и его дружков.
— Ты сказала, что убежала, — вскинув на меня глаза, проговаривает Палач.
— Какая разница? — выдергиваю руку.
Он перехватывает ее выше локтя, когда хочу сделать шаг назад. Удерживает на месте.
— Разница большая, — сообщает раздраженно.
— Очень большая, Яна. Это уже совсем другой разговор, какого фига ты не сказала? — кивает на мою руку.
Его голос звучит жестко. Это давление заставляет все волноваться внутри. Пульс частит!
— Отпусти…
В ответ на мое взволнованное требование в его глазах вспыхивают черти. Губы превращаются в тонкую линию, а взгляд такой, что я опять дышать перестаю.
С виду кажется, что он терпеть не может, когда все идет не по его правилам, ведь я замечаю — он злится.
