Отвлекаюсь буквально на секунду, упуская из виду малышку, а она этим пользуется и приоткрывает дверь из спальни.
Грозно шикаю на Вику, и в этот же момент сквозь щель из столовой доносится бодрый голос Глеба.
Вздрагиваю и невольно покрываюсь мелкими бисеринками пота. Визит бывшего мужа не сулит ничего доброго. Наш разрыв был долгим и тяжелым: Глеб не мог смириться с тем, что все кончено, пытался убедить суд не разводить нас. И даже прикрывался детьми. Моими будущими детьми! Уверена, он и судью подкупал, потому что из заседания в заседание тот находил причину отказать мне и продлить срок «на примирение».
В конце концов, я не выдержала и пригрозила Глебу, что обращусь в прессу и расскажу в красках обо всех «трудностях» наших отношений. Бывший муж слишком дорожил своей репутацией, чтобы допустить подобное. Мысленно прикинув, что натворил и какие позорные факты могут стать достоянием общественности, он скрепя сердце сам подписал документ на развод.
Спустя почти три месяца нервов и переживаний я все-таки стала свободной.
Фамилию сменила сразу же, чтобы записать малышей на свою девичью — Антипьева.
Что касается отчества, то… Я решила, Вика и Витя имеют право получить его от папы. К тому же, мало ли Стасов на белом свете? Никто и никогда не догадается, в честь какого именно названы мои двойняшки.
Я не хотела подставлять женатого мужчину, «примерного семьянина» и на тот момент… будущего отца. Иногда я думала о том, как Стас отреагировал на известие о беременности Миланы? Наверное, был счастлив, ведь мне показалось, он искренне хотел детей и страдал от «приговора» врачей, хоть и скрывал свои чувства под маской невозмутимости.
А порой… Крайне редко. Я позволяла себе крохотную слабость: представляла, как рассказываю Стасу о своем положении и его будущих двойняшках. Но тут же отгоняла прочь подлые, деструктивные мысли. Во-первых, я не имела права ломать его семью. А во-вторых… Думаю, он просто дал бы мне денег на аборт, да еще бы и проследил, чтобы я его сделала.
Зачем ему «проблемы» от случайной любовницы…
Замираю на пороге и смахиваю невольно выступившие слезы. Хороню болезненные воспоминания и запрещаю себе горевать о прошлом. Разве я жалею о чем-то? Моя заветная мечта исполнилась, и теперь я — мама замечательных двойняшек. И они придают мне сил справляться со всеми трудностями.
Вплоть до декрета я проработала в издательстве. Жила с Лилей в квартирке на окраине.
