Они на удивление быстро приняли меня, хотя я наслышан, как дети обычно осторожны с незнакомцами. Мне же не хотелось больше быть для них «незнакомцем».
Один день, проведенный в семейной атмосфере, взорвал мой привычный мир и выстроил новый на его обломках. Несколько деталей, связанных с Викой и Витей, заставили меня поверить в то, что я могу быть их отцом. Казалось бы, мелочи, но именно из них сложилась целостная картина. От интересов и увлечений малышей до гребаной аллергии (не мог что-нибудь нормальное сыну передать по наследству?!)"
"Сегодня я понял главное: Алиса с кнопками — это и есть моя семья.
Я обязан вернуть ее! Но как быть, если сам же все испортил, подчинившись своим желаниям.
Я виноват — не надо было срываться, давать волю чувствам. Следовало довести дело с разводом до финала, как я планировал изначально, и только потом забирать Алису с кнопочками. Моими детьми…
Что теперь? Обиженная лисичка буквально уничтожает меня взглядом, а я собираюсь отправиться на прогулку по минному полю.
Потому что отступать некуда.
— Не нужно никаких тестов, — шепчу лисичке на ухо. — Я верю, — говорю искренне. — Сегодняшний день с кнопками поставил точку в моих сомнениях. Осталось разобраться, какого черта клиника выставила меня бесплодным, — рычу зло.
Алиса смотрит на меня с подозрением, надувает губы и сводит брови.
— Но ты ведь… — мямлит смущенно, явно намекая на нашу незащищенную связь. — Если бы я тебя не остановила…
— Забылся, — перебиваю ее. — С тобой это несложно.
Мозг отключается, когда ты рядом, — целую дикую лисичку в носик, который она недовольно морщит. — Да и дети меня не пугают. От тебя я хоть десятерых готов иметь.
— Правда? — устремляет на меня глаза-изумруды. Такие чистые, наивные, полные надежды.
Алиса выглядит хрупкой и беззащитной. Но ее образ обманчив. Она у меня сильная, упертая, целеустремленная. Доказывает это каждым своим поступком.
Как бы я не злился на Лису из-за того, что скрывала от меня правду, я был благодарен ей за кнопочек.
— Правда, лисичка.
Киваю, а сам провожу пальцами по ее шее, ключицам, поглаживаю бархатную кожу. Руки не слушаются меня. Исследуют идеальное тело, запоминают каждый изгиб.
Лисичка дышит часто и шумно, прикрывает глаза и невольно подается навстречу моим ласкам. Дурею от ее близости, наслаждаюсь запахом, реагирую незамедлительно.
Что ж, с телом моей женщины мы, считай, договорились. Осталось самое сложное — поладить с ее душой и вредным характером.
