– Ну что, девушки, попались? – главарь радостно потёр ладони.
Кто-то, кажется Валетта, сказал что-то нецензурное, но парни только посмеялись. Несколько ловких подсечек, и леди, которые пытались встать, снова оказались на земле.
Потом их похватали и потащили в сторону поляны.
Нас с Пенелопой тоже схватили – и да, мы встать и вовсе не могли. Ноги оказались спутаны верёвками с утяжелителем. То есть старшекурсники действовали как настоящие разбойники!
– Вы что творите? – рявкнула я, не выдержав.
– Тише, леди эр Форс, тише, – хохотнул один из гадов.
В первую секунду я решила, будто ослышалась, но ошибки не было. И это взбесило:
– Как ты меня назвал?!
В ответ издевательский смех.
Несли нас недолго – шагов сто, не больше.
Парни пересекли поляну, нырнули в тень деревьев… а потом была каменная арка зловещего вида, опять-таки поросшая мхом.
Мы очутились в странном месте. Прямоугольные, тронутые временем камни, торчащие из земли под разными углами, и чем-то похожие на зубы; этакое ограждение из валунов, и тот же мох, но в каком-то невообразимом количестве.
Он стелился по земле, заползал на камни, сильно пружинил и источал незнакомый аромат.
Место не понравилось настолько, что меня замутило. Однако главная жуть была впереди.
Всех девчонок сгрузили на середине поляны, а меня потащили в сторону. Я шипела и вырывалась, и неожиданно в голову пришла запоздалая, но гениальная мысль. Магия. Ведь я могу ударить!
Я призвала силу, вот только…
– Как же медленно вы соображаете, леди, – расхохотался кто-то в отдалении.
Выяснилось, что не я одна вспомнила про силу, но поздно.
– Раньше надо было, леди Флавия, – фыркнул тот же невидимый мне старшекурсник. – А тут магия практически не работает. Природная аномалия, знаете ли.
Я слышала про подобные аномалии, а столкнулась впервые. Никогда в жизни не было так, что обращаюсь к силе, а она молчит.
Здесь и сейчас вместо пульсара получилась лишь жалкая искра. Она упала на мох и погасла, а парень, тащивший меня, буркнул:
– Спокойно, птичка.
Не рыпайся.
Птичка? Я возмутилась ещё больше, но все эти оскорбительные слова, готовые сорваться с языка, были мелочью. Я сначала не поняла, где оказалась. Не поняла куда меня аккуратно положили и при чём тут эти вертикальные тени.
Лишь когда клацнул засов, а мой разум сумел принять невозможное, я осознала, что нахожусь в самой настоящей клетке. Она была высокой, с каменными прутьями и стояла на земле. По виду и ощущениям такая же, как эти развалины, точь-в-точь.
