Сергей Петрович покачал головой.
– Зина, естественно, в курсе всех проблем была. Она была очень умной женщиной, а у меня имелись обширные связи. Найти хорошего акушера-гинеколога хочет любая женщина – бедная ли, богатая. Моя телефонная книжка – просто справочник знаменитых и власть имущих дам. Что придумала Зина, когда Елена родила? Она предложила: «Надо подделать карту роженицы Зубовой, написать там, что у нее ожидалась двойня. Каждый ребенок со своей плацентой, один, мальчик, появился на свет раньше срока и умер, а второй, девочка, появился в положенный день.
Первого похоронили». Я сначала не понял, зачем такой кавардак, Зинуля растолковала: «Не надо малышке знать, что она была гермафродитом. Если вдруг объявится кто-то, кто слышал про мальчика, он начнет приставать к Анжелике, и она спокойно объяснит: «Я из двойняшек, у меня был братик. Но он умер». И все. И для подтверждения ее слов нам нужно захоронение. Если сама малышка начнет проявлять активный интерес, расспрашивать про брата, ей покажут могилу».
Сергей Петрович потер ладонью затылок.
– В случае смерти, которая наступила после рождения, тело младенца отправляется в морг, потом выдается родителям, но только если беременность продлилась сто девяносто семь дней. Поэтому я написал в документе, что мальчик появился на свет недоношенным, имел пороки развития, несовместимые с жизнью. Спросил у Зины: «Где будет его могила? Трудно с погостом договориться». – «А на нашем кладбище, – вмиг придумала Зина, – неподалеку от моих родителей. Я все устрою».
Сергей Петрович взял стакан, который стоял на столике."
"– Объяснил Зине, что Елена не хочет делать ребенку операцию. «Надежда Васильевна умная и хитрая, – засмеялась жена, – вот увидишь, она быстро с дочерью разберется. А могила уже есть». И мы совершили ошибку. Полагали, что малыша прооперируют в течение года. В таком возрасте никому не понять, мальчик он или девочка. Бабушка предполагала, что дочь с новорожденным будет жить на даче, коляску во дворе не поставит. Ан нет! Елена решила остаться в городе, гуляла во дворе дома, всем соседям объявила: «У меня сын Роберт!» И прооперировать ребенка удалось лишь спустя три года, когда мамашу забрали в психиатрическую лечебницу и бабушка оформила опеку.
Но к тому моменту люди знали, что у Зубовой мальчик. В меддокументах же роженицы указана смерть мальчика на седьмом месяце беременности! Исправить документ не получится, он уже в архиве. Оставалось лишь уповать на то, что никто бумагу не увидит.
