— Поворачивай! — прокричал Леонид, и я не тормозя, потянул руль вправо. Раньше я боялся закладывать такие виражи, думал что уаз опрокинется, умом понимал что он хоть и высокий, а центр тяжести достаточно низко расположен, но никак не мог перебороть себя. Пока как-то раз не прокатился с одним из станичников, тот пол жизни проработал в скорой на буханке, и об уазах знал всё, так вот он такие фортеля выделывал, что глядя на это, мои опасения развеялись сами собой.
Потом я и сам попробовал, — там, возле дома, сначала закладывал радиус побольше, потом уменьшал его до тех пор пока машина не стала входить в повороты юзом.
Единственное чего не хватало Зяме, так это двигателя, всё таки сто лошадей для такого крокодила как-то маловато.
Уаз выровнялся, я перегазовался, и с трудом воткнув вторую, полностью утопил педаль газа.
— Сбавь немного — прокричал Леонид, — Мишаню вперёд пропусти!
Втыкаю третью и тихонько подгазовываю, так чтобы не терять разгон, но и не сильно ускоряться.
В машине всё летает, солнечный козырёк свалился куда-то под ноги, кривой бьётся о железные ножки кресла, — он там всегда лежит, с боков поджатый, а сейчас видимо вылетел от тряски.
Буханка натужно ревёт и уходит вперёд. А в зеркалах уже виднеется погоня. Ну как виднеется, кто ездил на Уазе тот знает что такое его зеркала, — они трясутся так, что разглядеть хоть что-то практически нереально. Но это ладно, оглянувшись пару раз я убеждаюсь что преследователи уже рядом, ещё немного и можно будет разглядеть лица сидящих в первой машине.
Леонид скрывается в люке, и сразу же начинает стрелять. Короткая, короткая, длинная. — Огрызается его автомат.
Я дожидаюсь когда буханка уходит далеко вперёд, и бросая узду, заставляю взреветь мотор.
Что-то разглядывать, или на что-то отвлекаться уже выходит, скорость растет, и я полностью отдаюсь рулежке.
— Правее! Правее бери! — орёт Леонид засовываясь обратно в кабину. Толстяк освободился от кляпа и противно верещит, я поворачиваю, и метрах в ста впереди вижу густой куст чилиги с торчащим из неё длинным прутом — это специально выставленная отметка — туда ехать нельзя, нужно брать правее — об этом то и кричал Леонид.
Доворачиваю руль и немного сбавляю скорость, мне нужно чтобы преследователи поехали точно по моим следам, иначе они могут нарваться или на закопанный пикап, или на одну из стрелковых позиций.
Леонид стреляет всё чаще, отвечают ли ему, я не знаю, грохот стоит такой что даже его автомат воспринимается как что-то неблизкое.
