— Конфетку?
Конфет у нас давно нет, но в школьной столовой готовят что-то похожее на мармелад, не знаю из чего он, но достаточно вкусно."
"— Нет дядь Саш... Мне б таблетку... — пока сижу не шевелясь, ещё терпимо, но стоит шевельнутся, голову словно тисками сдавливает.
— Таблеток нет, могу пять капель накапать. — предлагает он, и не дожидаясь ответа скрывается в самолете.
— На вот, полечись... — возвращается обратно и протягивает стакан с едва прикрывающей дно жидкостью.
Я понимаю что словил похмелье и надо опохмелиться, но до того противно, что с трудом заставляю себя «полечиться».
— Странно что ты один болеешь... — дождавшись пока я отморщусь, дядя Саша разламывает огурец и одну половину протягивает мне. — Закуси...
Ага, странно. Тем более что и пил то я всего ничего. Пол стакана — не больше. Но организм штука странная, если так отреагировал, значит были причины.
Боль постепенно проходит и минут через пятнадцать я уже могу сносно соображать.
— Давно они бродят? — судя по унылым лицам копателей, золота пока не нашли, хотя может просто после вчерашнего пообвыклись, и так бурно уже не реагируют.
— Прилично. Едва рассвело как высыпали... Спать даже не ложились...
Нащупав в кармане часы, я посмотрел на время — восемь сорок семь. Через час начнёт припекать, сейчас уже под тридцать, а ведь солнце ещё только поднялось. И ветра как назло нет.
— Спасибо. — допив чай, я поставил стакан возле костра, и сняв одетый на ночь свитер, направился к ближайшему копарю — Виктору Петровичу.
Невысокий и сухощавый, в длинном плаще и с лопатой на плече, издали он чем-то напоминал жековского газонокосильщика. Они примерно так же машут своими стримерами, разве что чуть помедленнее.
— Утречка вам доброго Виктор Петрович! — подхожу спереди чтобы не напугать.
— О! Василий. Здравствуй. — он останавливается, снимает наушники — они у него без проводов, и воткнув лопату в землю, упирает на неё прибор.
— Как у вас? Клюёт?
— Не особо. Вчера видать спугнули..
. Вот... — сунув руку в карман плаща, он долго там шарится, и наконец нащупав, протягивает раскрытую ладонь.
— Ну да, не густо... — на ладони всего три малюсеньких крупинки, самая крупная чуть больше спичечной головки. — А у ребят есть чего?
Виктор Петрович мотает головой.
— Нету. Говорю же, спугнули.
— Ладно, не буду мешать. — решаю дойти до Леонида, а по пути зацепить Чуи и копошащегося неподалеку Гарика, он, активно орудующий лопатой, явно что-то нашёл.
