— Это хоть и долго, но все же лучше, чем ничего, — согласилась с ним Алиса.
Что-то меня дернуло подойти к мертвецу ближе. Уже в последний момент в голову пришла мысль, что делать этого, пожалуй, не стоит. Так и вышло.
Я успел заметить странные маленькие знаки, вырезанные на коже Андросова. Они пульсировали багровым, словно живые, а затем мои тотемы затрещали, перекачивая силу в холодное тело с дикой скоростью. Мертвец задрожал, выпучил глаза и резко раздулся, будто воздушный шар. Рубаха на нем затрещала.
Перед моим внутренним взором пронесся образ той самой несчастной крысы, взорвавшейся в доме бабушки. Я запоздало понял, что мертвое тело переполняет сила, которая ищет выход.
— Вашество… — послышался за спиной голос Фомы, видимо, тоже почуявшего неладное. А затем из коридора раздался вой неупокоенных.
— Ложись! — успел выдохнуть я, перед тем как случилось страшное.
Пространство дрогнуло, где-то у потолка замерла в полете муха."
"Мертвец икнул и взорвался, оставив на мгновенье в воздухе багровое облако из мелких капель.
Мелькнули желтоватые обломки костей, а через долю секунды я ощутил мертвенный холод призраков, окруживших меня плотной стеной. И крошево разлетелось, минуя меня. А через секунду время вновь пошло, как обычно.
Кости шрапнелью понеслись мимо гигантским веером, рассекая краску на стенах.
Широкая ладонь Фомы легла на плечо, пригнув меня к полу. Давление было такой силы, что я решил, что сейчас у меня сместится сустав.
Через миг я оказался на полу, наблюдая из положения лежа, как по хранилищу разлетается то, что еще совсем недавно было человеческим телом. И единственной надеждой на то, чтобы прижать Свиридова. Краем глаза я заметил, как вокруг Беловой светиться пульсирующий светлый кокон силы. Все же она была хорошим жандармом и оказалась готова защитить себя.
— Все в порядке, вашество? — послышался хриплый голос Фомы. — Вы целы?
— Да, все хорошо… — ответил я, поднимаясь на ноги.
Белова уже стояла рядом, с тревогой осматривая меня.
Несмотря на броню, она все же пострадала. Форма девушки была разорвана в нескольких местах. На вороте белой рубашки растекалось алое пятно. На бледной щеке виднелась большая царапина. Рядом с Алисой уже парил тотем-ангел и светлые нити скользили по коже девушки.
— Я цел, — успокоил я подругу. — А вот тебе стоило бы подлечиться.
— Все хорошо, — рассеянно ответила она и осмотрелась.