И едва я добрел до кровати, а голова коснулась подушки, как я тут же провалился в глубокий сон.
Проснулся я от стука в дверь. И удивился, что в комнате уже светло.
— Павел Филиппович, завтрак уже на столе, — послышался из-за двери голос бабушки.
Я сел на матрасе:
— Иду.
Потер ладонями лицо, прогоняя остатки сна. Вставать не хотелось. Но я пересилил себя, поднялся с кровати и зашлепал в ванную.
Сегодня отец не стал прогревать воду своей стихией и в резервуаре была лишь холодная. Она мигом прогнала остатки сна и придала бодрости.
Я наскоро привел себя в порядок, вернулся в комнату, оделся и спустился в гостиную.
Все уже собрались за столом, на котором стоял пузатый самовар. В комнате пахло мятой и травами.
— Доброе утро, — произнёс я, проходя к столу.
— Доброе, — с улыбкой поприветствовала меня мачеха. — Как вчера поговорили со Свиридовой?
— Нормально, — односложно ответил я и сел в кресло.
Отец нахмурился и хотел было что-то сказать, но в этот момент, в дверь постучали. Я покосился в сторону входа, привстал было из кресла, чтобы встретить гостей, но бабушка меня опередила:
— Я открою, — произнесла она и встала из-за стола.
Направилась к порогу Я только вздохнул и покачал головой. Взял заварник и налил в чашку густой отвар, который разбавил кипятком.
Послышались голоса, которые показались мне смутно знакомыми. А затем, дверь захлопнулась. И я только в недоумении покачал головой.
Завтрак прошел в тяжелом молчании. Рисовая каша хоть и была вкусной, но каждая ложка казалась лишней.
И я постарался поскорее доесть свою порцию. Отодвинул пустую тарелку, встал из-за стола, поблагодарил собравшихся. Затем отнес посуду на кухню, где наскоро ее вымыл. Все же тут не было слуг и стоило убирать за собой самостоятельно. Мне стало любопытно, будет ли отец мыть за собой посуду или поручит это своей ядовитой супруге. Но ждать, чтобы выяснить «кто в доме хозяин» я не стал. Быстро покинул гостиную и вышел наружу.
На улице было тепло. И я полной грудью вдохнул свежий воздух.
Взглянул на часы. Десять утра. До заседания оставалась еще пара часов. Кстати, где бабушка? Она не появлялась в доме с тех пор, как вышла из-за стола.
В душе шевельнулось неприятное ощущение. Я осмотрелся по сторонам, ища глазами Софью Яковлевну. И нигде не мог найти бабушку. Спустился с крыльца, медленно направился к воротам. И почти столкнулся с княгиней, когда уже подошел к створкам.
— Вот ты где, — вздохнул я, когда женщина вошла в ворота.
Чехова нахмурилась.