Помощник сидел по правую руку от княгини, и она доверительно рассказывала Питерскому, как нужно прогревать чеснок, чтобы он отдал свой аромат маслу.
Я занял место слева от князя и рядом со мной легко опустилась Любовь Федоровна, перед которой стояла чистая тарелка и приборы. Женщина принялась сворачивать салфетку в причудливую птичку.
— Вы владели телекинезом до перехода? — уточнил у нее Филипп Петрович.
— До смерти я могла управлять огнем, — беззаботно отозвалась она.
— Вас не обижает упоминание смерти? — продолжил любопытствовать начальник охранки.
Виноградова оторвалась от своего занятия и взглянула на князя:
— А вас обидит, если я скажу, что вы на редкость приятный собеседник? — сверкнув глазами, уточнила она. — Или, что вы ловко задаете вопросы?
— Пожалуй, нет, — после недолгого раздумья ответил Филипп Петрович.
— Вот и меня это не задевает. В посмертии многие вещи становятся не такими уж важными. А те, что казались несущественными, наоборот, вдруг начинают казаться нужными. Вероятно, потому призракам нет необходимости врать живым.
Мы уже ничего не боимся, не переживаем по пустякам. Хотя большая часть задержавшихся могут быть зациклены на каком-то предмете или событии из жизни. Но со временем одержимость способна ослабнуть.
— Такое случается, — согласилась Софья Яковлевна. — Но чаще я встречаю иное. Многие призраки попадают в зависимость от смерти. Они раз за разом переживают момент своей кончины и тоскуют по потерянной жизни.
Над столом повисла неловкая тишина.
Первым нашелся князь:
— Я не должен был касаться этой темы, — потом он. — Простите мою бестактность.
Мне пришлось прикусить язык, чтобы не спросить, с каких пор Филипп Петрович стал таким вежливым. Но я понимал, что не стоит делать подобного при бабушке и домашних. Наверное, на моем лице отразились обуревающие меня эмоции, так как начальник охранки криво мне усмехнулся предложив:
— Не желаешь ли перепелку в сметанном соусе с чесноком?
— Вы рекомендуете? — холодно поинтересовался я.
— О да, — с готовностью отозвался мужчина. — Если ты не планируешь сегодня свидание. Потому как не все дамы любят чеснок.
Виноградова хмыкнула, словно услышала забавную шутку.
— Вы оттого и едите чеснок, что не ждете сегодня свою благоверную? — невинно осведомился я.
— Маргарита Ивановна прибудет в другой день. — немного скованно сообщил князь. — Дела помешали.
— Ваша супруга также владеет огнем? — поинтересовалась Любовь Федоровна.
— Она воздушница.