Я прожил долгую жизнь, и некоторые из воспоминаний не всегда выскакивают сами в нужный момент, поэтому иной раз можно и покрутить их. Но сколько бы не вспоминал, так и не смог найти другого способа побороть стихию в теле Кирилла.
В конце концов я поужинал в комнате и лёг спать. Проснувшись утром, принял душ, оделся и вышел в коридор, где меня уже ждали Максим со Славкой.
Я кивнул им, и мы молча отправились на парковку, а затем и на арену. Ареной оказался огромный стадион. Когда мы прибыли, возле здания было уже полно машин.
Наверняка ведь этот идиот наприглашал свидетелей. Ну, что тут скажешь, сам вырыл себе яму позора.
На входе стояли двое амбалов, которые, услышав моё имя и фамилию, расступились в стороны.
Мы прошли прямо на арену. Сама площадка для сражений была забетонирована. По краям арены, вверх высились множество зрительских мест. Зрителей оказалось не так много, как я думал.
Я посмотрел на противоположную сторону, там стояли двое. Таня и мой противник, который ей что-то рассказывал, а девушка его внимательно слушала.
Таня кинула на меня взгляд и сразу же отвернулась.
Ну что же, пусть подбодрит его перед тем, как я преподам ему очередной урок вежливости.
Глава 19
Ставки
Таня с моим противником ещё пару минут о чём-то поговорили, затем девушка улыбнулась ему, кивнула и пошла к зрительским местам.
Оппонент же направился ко мне. Причём выглядел он так, словно выиграл в лотерею пол империи.
— Так всё же ты не сбежал, Вяземский? — усмехнулся он. — Что, не только исподтишка бить умеешь?
Я посмотрел на него и спросил:
— Закончил петушиться? Быть может уже начнём?
Возиться с этим недалёким особо желания у меня нет, поэтому, чем быстрее закончу, тем быстрее отправлюсь дальше по делам.
— А ты куда так торопишься? На свои похороны? — засмеялся он.
— Нет, — я улыбнулся, — на свидание с Яной.
Его задело. Ой как задело. Он перестал смеяться и зло посмотрел на меня.
— Ты пожалеешь, что выбрался из своего захолустья, — прошипел он.
— А чего больше не смеёшься? — я усмехнулся.
— Лыбься, лыбься, — ощерился он. — Тебе недолго осталось радоваться. Я притащу побитого тебя на её порог, и ты увидишь, как она к тебе после этого отнесётся. Ничтожествам не место в мире высокородных!
— Сам по себе судишь? Неужели у тебя было подобное в практике? — вновь улыбнулся я."
"Глядя на его реакцию, я едва сдержался, чтобы не засмеяться. Ну что за детский сад. Ну кто так воспитывает аристократов? Не удивлюсь, если он и в разломе то никогда не был.
