Он понимал, что Германия обречена, и делал ставку на союз с Западом. Доказательств тому не было, иначе голова Канариса давно скатилась бы с плеч. В начале текущего года нескольких сотрудников абвера арестовало гестапо по подозрению в организации убийства фюрера. Было начато расследование деятельности ведомства Канариса. Все это для адмирала могло закончиться очень плачевно.
— Мы не утверждаем, что в этом бункере хранятся ВСЕ личные дела агентов абвера, — вкрадчиво проговорил Вяземский, — но то, что большинство, — определенно.
— Странный выбор места для хранения… — Алексей как-то не по-уставному почесал затылок. Офицеры с усмешкой переглянулись — слишком уж озадаченным выглядел Макаров."
"— Вас никто не водит за нос, капитан, — сказал Вяземский, — не вижу необходимости. Впрочем, одобряю ваш здоровый скепсис. Я дышу, значит, сомневаюсь, верно? Информация по объекту «Waldhutte» у нас не полная, но, в принципе, достоверная, поскольку получена из разных источников. В эти тонкости вам незачем вникать. Объект был выбран не случайно.
Держать подобные архивы где-нибудь в Берлине, и вообще в Европе, Канарису крайне не выгодно. Положение его весьма шаткое. Связи с союзниками могут всплыть. Обвинение в измене, арест, и все бесценные архивы мгновенно станут достоянием «СС». Их следовало запрятать как можно глубже. Территория СССР — самое подходящее место. Эмиссары из Берлина сюда не доберутся, а если возникнут — у абвера хватит сил их нейтрализовать. И линия фронта рядом — удобнее вести дела.
— Вы уверены, что архивы уже не вывезли или не уничтожили?
— На девяносто процентов, — кивнул Вяземский.
— Уничтожать их нельзя, даже если имеются копии. Это не выгодно ни немцам, ни нам. Абвер до последнего верил, что удастся сдержать наше наступление, и нужда в эвакуации объекта не возникнет. Тем более что с января фронт фактически топчется на месте. Подобные ошибки абверу не в диковинку. Разведка докладывала, что из бункера ничего не вывозили. Это проблемно — в Европу везти не хочется, а на территории СССР — уже чревато.
Нужно подходящее место, не удивлюсь, если его так и не построили. Поэтому мы спешили с ударом по Калачану, дезинформировали немецкое командование, создавали у абвера представление, что время для размышлений пока есть. Первым же ударом мы перерезали дороги с базы, заняли плотину, отключили электричество. Теперь все это — наше…
— Моя задача, товарищ полковник?
— У вас и вашей группы — особые полномочия. Вы получите письменный приказ.
