И чем больше мы репетировали, тем очевидней мне это становилось. Я бы ее раньше сняла, да эта самоизоляция все сбила.
– Тогда ответь мне на такой вопрос, Глафира: существуют ли у тебя с кем-то из театрального коллектива особые отношения – интимные или близкие дружеские?
– Это ты к тому спрашиваешь, что не мог бы этот самый близкий человек, удушив артистку Туркаеву, таким образом заступиться за мои прилюдно поруганные честь и достоинство? – хохотнула Глафира.
– Я рассматриваю любые версии, – серьезно ответил Лепин.
"
"– И правильно делаешь, – поддержала его Глаша. – Отвечаю: точно нет, Юр. Многие, конечно, помнят меня еще девочкой и очень неплохо относятся, но никаких таких особых чувств никто ко мне не питает. Да, каждый из актеров, задействованных в нашей постановке, зубами, руками и ногами держится за свою роль, потому что, сам понимаешь, времена пришли голодные, опять приходится что-то там на себе затягивать и терпеть. А спектакль в постановке модного, нашумевшего автора – это большая доля вероятности полных залов, пусть даже спектакль получится так себе, но хайп на трендовом режиссере может круто сработать.
К тому же им всем нравится то, что у нас получается, и отстранение от роли Туркаевой артисты приняли с облегчением, потому что ее непрофессиональное поведение стало откровенно мешать работе.
– Ну хорошо. А у нее с кем-то из труппы или работников театра были неприязненные отношения? Могла она кого-то достать до такой степени, чтобы вызвать ненависть?
– Ум-м-м, – задумчиво выдохнула Глаша, внезапно почувствовав наваливающуюся усталость.
Зажмурилась, с силой потерла пальцами лоб между бровями. – Думаю, в той или иной степени за годы своего правления она допекла многих, скажем так. Но… м-м-м… – Она пыталась подобрать верные слова: – Попробую объяснить. Это нормально и обычно для большинства театров: внутривидовая, так сказать, борьба между актерами.
Всегда есть фавориты, любимые актеры худрука, которым он отдает лучшие роли, и менее любимчики, но тем не менее выделяемые, которых не обходят достойными ролями; есть середнячки и есть совсем уж задвигаемые. Конечно, внутри любой труппы существует любовь-ненависть, приятие-неприятие, дружба-вражда, как в каждом коллективе, только с большей амплитудой страстей-эмоций, но все это, м-м-м… не глубинно. Не до смертоубийства уж точно.
