Таня была воспитанной девушкой и всегда встречала меня с радушной улыбкой на лице – щирой, как говорят украинцы. Наверно точно так же она встречала и жену Шурика. По всей вероятности, ей было абсолютно безразлично, кого Шурик привозит в дом. Но небезразличны выплачиваемые им деньги. А Шурик платил ей щедро. Ему нравилась ее чистоплотность, ее кулинарные способности и ее умение держать язык за зубами. Последнее, пожалуй, больше всего.
– Очень рада вас видеть, – как всегда, заворковала Татьяна, – Вам приготовить обед? У меня почти все…
– Мы не голодны, – на полуслове оборвал ее Шурик.
– Мы хотим только одного – уединиться на пару часов. И еще. Принеси из бара бутылку водки, графин с апельсиновым соком и несколько бутербродов.
– Бутылку водки?!
– Да, именно водки. Ты не ослышалась.
– – Но ведь вы не пьете водку…
– Это тебя не касается.
Таня опустила глаза и ушла на кухню. Мы поднялись в огромную гостиную, где иногда занимались любовью, лежа на косматой шкуре.
Шурик подошел к окну и нажал на кнопку, опускающую жалюзи.
Я обхватила тело руками и громко чихнула.
– Шурик, мне бы горячую ванну. Так ведь и заболеть недолго. Потрогай мой лоб. У меня, кажется, жар начинается.
– Сейчас выпьешь водочки, и все пройдет, – беспечно махнул рукой Шурик.
Татьяна вкатила в гостиную сервировочный столик, уставленный тарелками и бутылками, подвезла его к дивану и, переминаясь с ноги на ногу, боязливо сказала:
– Хозяин, я бы хотела сходить в магазин на станцию. С вашего позволения, конечно. Я вам сейчас все равно без надобности.
– Иди, иди, прогуляйся, – улыбнулся Шурик.
Когда Татьяна ушла, он подошел к столику и налил мне полную рюмку водки."
"– Прими-ка, милая, для согрева.
Я не стала спорить и, осушив рюмку до дна, закусила бутербродом с черной икрой. По телу разлилось приятное тепло, голова слегка закружилась. Шурик налил вторую и протянул мне.
– Если не хочешь загреметь в больницу, пей.
– А может, лучше горячая ванна?
– Какая, к черту, ванна? Давай пей и не забивай себе голову.
Выпив около трех рюмок, я почувствовала, что опьянела.
– Маргарита, ты и в правду сидела в морозильнике? – выразил недоверие Шурик.
– В морозильнике.
– Холодно?
– Ну, понятное дело, не жарко.
– Мне все это не нравится, Маргарита! Сначала ты шляешься неизвестно где в течение суток.
Затем твоя подруга – проститутка, заметь, – убивает китайца и крадет у него пятьдесят тысяч долларов. Потом крадут тебя, сажают в морозильник и требуют вернуть ворованные деньги.
