– Шурик, ты точно не мог ошибиться?
– Я никогда не ошибаюсь. Единственная моя ошибка это то, что я влюбился в тебя на старости лет, – Шурик гаденько рассмеялся.
– Я перезвоню позже, – Я бросила трубку и удрученно уставилась на телефон.
Неужели она мне врала? Врала про сумасшедшую любовь, ради которой можно пойти на все…
Врала, что совершила убийство в состоянии аффекта, защищая себя. А ведь и я ей и в самом деле поверила. Мне казалось, что такие, как она, не умеют врать. Неужели все сказанное Шуриком, правда?! Выходит, да.
Ксюша не могла полюбить китайца. Это невозможно!
Я глубоко вздохнула и подумала о пятидесяти тысячах долларов. Сумма не маленькая, в кошелек не поместится… Насколько мне помнится, там, на лестнице, в руках у Оксаны ничего не было. А что, если она не брала никаких денег? Возможно, наша доблестная милиция решила попросту отыграться на Ксюшке. Убийство с целью грабежа… Не исключено, что это придумали друзья покойного. Они же и поживились, гады. Проститутки народ безропотный, на них можно повесить все что угодно.
"
"Посмотрев на часы, я выпила свой кофе и стала собираться на работу. В голове была полнейшая неразбериха. Мысли никак не хотели складываться в единую цепочку.
Неожиданно в дверь кто-то настойчиво позвонил. Я вздрогнула и подбежала к «глазку».
– Кто там?
Кроме Шурика, ко мне никто не может прийти. Наверное, старый козел приехал за благодарностью… Ну, я ему устрою…
К моему удивлению, на площадке стояла пожилая женщина в темно-синем платке.
– Телеграмма, – произнесла она.
– Вам телеграмма. Нужно расписаться.
– Телеграмма?
Я удивленно пожала плечами и завозилась с замками. Телеграммы я получать не люблю. Ничего хорошего в них обычно не пишут. – Наверное, с кем-то из родственников случилась беда. Только бы не с мамой!
За бабулькиной спиной беззвучно выросли крепкие ребята с толстыми цепями на бычьих шеях. Они втолкнули меня в квартиру и с грохотом захлопнули дверь.
– Извини, детка, но мне пенсии не хватает.
Приходится перебиваться как-нибудь, – долетел до меня приглушенный старушечий голос.
– А в чем, собственно, дело? – пролепетала я, едва не падая в обморок от страха.
– Сейчас узнаешь, – ответил один из них. – А ну-ка шлепай в комнату!
Я собрала последние остатки воли и на подгибающихся ногах прошла в комнату.
– Да ты не трясись, не трясись, девка, – засмеялся другой и толкнул меня на диван. – Говори, где баксы, и дело с концом.
– Какие баксы? – опешила я.
– Обыкновенные.
