– Случайно познакомилась, случайно трахнулась и так же случайно вышла замуж… Кому ты доверила свою жизнь…»
Не говоря ни слова больше, я подошла к Алексею, выхватила у него бумаги из рук; положила их в секретер и закрыла его на ключ. А затем принялась одеваться. Единственное, что мне хотелось, – поскорее уйти из дома. Все равно куда, лишь бы уйти и побыть одной.
Натянув на себя облегающее черное платье, я подошла к зеркалу и стала причесывать волосы. Алексей стоял рядом и смотрел на меня раздраженным взглядом.
– И куда это ты собралась?
– Какая тебе разница? Ты бы хоть «хозяйство» свое прикрыл. Ну что за дурацкая манера ходить По квартире в чем мать родила!
– Я у себя дома и буду ходить так, как считаю нужным. Мне нечего стесняться, Маргарита.
– Не забывай, что ты не один в квартире!
– А ты моя жена. Так что потерпишь.
– Даже не пытаясь сдержать раздражение, я прошипела, как змея:
– Не советую тебе зарываться, муженек! Это моя квартира, а не твоя. У тебя есть свое жилье.
Вот там и расхаживай голяком.
Схватив подвернувшуюся ему под руку шаль, Алексей завернулся в нее и, миролюбиво улыбаясь, сказал:
– Ритуля, я давно хотел поговорить с тобой на эту тему. Надеюсь, ты меня пропишешь у себя…
– Как это пропишешь? – от изумления я уронила расческу на пол.
– Ну, жены часто прописывают своих мужей.
Я не вижу в этом ничего особенного.
– Но ведь у тебя есть жилье!
– Видишь ли, Рита, я забыл предупредить тебя, что оно съемное. К сожалению, у меня нет жилья.
Я купил себе московскую прописку.
В общаге…
При каком-то заводе,.. Это не солидно. А теперь мне нужно сделать нормальную прописку. Дорогая, это не займет много времени. Ты напишешь заявление и отнесешь его в паспортный стол. Вот и все.
– Да иди ты, – сказала я, схватила сумку и выскочила из квартиры. Это ж надо было так влипнуть! Да такого самородка, как мой драгоценный супруг, еще поискать нужно!
На первом этаже я вышла из лифта и остановилась, чтобы достать из сумочки ключи. В дырочках почтового ящика что-то белело.
Газет я не выписываю, надоедливых разносчиков рекламы гоняет наша консьержка баба Люся. Может, письмо?
На лестничном пролете сзади меня раздались чьи-то шаги. Я оглянулась – никого. Но все же ощущение, что кто-то следит за мной не отпускало. Я попыталась успокоиться и подумала о том, что надо бы обязательно купить валерьяночки.
В конце концов по лестнице могла спускаться безобидная старушка с хозяйственной сумкой в руках.
