Конечно, мое окрыленное состояние немного притухает из-за встречи с матерью Илая и, к сожалению, у меня не получается скрыть это. Поэтому я молча сажусь в машину, пока Илай возится с Кириллом, пристегивая его в кресло, что не всегда просто — ведь у нашего сына огненный характер, доставшийся от двух драконов.
Покручивая кольцо на пальце, стараюсь отогнать от себя плохие мысли, которые пытаются пробраться в мою голову, как вражеские десантники. Но не особо выходит.
Илай садится за руль и заводит машину, поглядывая на меня.
Потом все же подается ко мне и, протянув руку, гладит меня по волосам.
— Ты расстроилась?
Поджимаю губы, не глядя на него.
— Немного. Просто кое-что вспомнила. Не важно…
Я слышу, как он вздыхает, а потом отстраняется, чтобы тронуться с места.
Какое-то время Илай молча ведет машину, явно о чем-то размышляя, а потом говорит, понизив голос:
— За нее можешь не переживать. Я не позволю совать ей нос в нашу семью.
— Вы общаетесь?
Наверное, глупый вопрос…
— Нет, — быстро и просто отвечает он.
— И если честно, я бы не хотел даже обсуждать эту женщину.
Эту женщину…
Я киваю, понимая по интонации, что нам действительно не стоит продолжать разговор в этом русле, да я и сама не особо хочу. Главное я услышала. Но… будет справедливо, если Илай тоже услышит то, что я должна была рассказать раньше.
— Однажды ты спросил о моих родителях. Я сказала…
— Я помню, — мягко произносит он, облегчая мое признание, но если бы этого было достаточно!"
"Я опускаю взгляд, прижимаясь щекой к прохладному стеклу.
— Моя мама не просто умерла, Илай, — на удивление мой голос звучит спокойно, будто эта правда слишком долго сидела во мне, а теперь с легкостью вырывается на свободу. — Ее убил мой отец. Я видела это своими глазами… там было так много крови, она капала с его уродливой руки…
После тяжелой паузы, я продолжаю:
— Я забыла об этом после нескольких курсов с психологом, которого нашла моя бабушка, но прежде чем я смогла забыть то, что не должна была видеть, у меня успели взять показания.
— Мое сердце бьется где-то в горле. — Но я все вспомнила… когда увидела своего отца по новостям. Я вспомнила его. Тогда кошмары обрели смысл. Потому что это были не сны, а воспоминания об ужасе, который моя память стерла из-за перенесенных стрессов. Так бывает, что память сама избавляет нас от плохого. Ну или мне это внушили. Не знаю… Я не контролировала этого. Психолог проводил долгие беседы и использовал множество методик, включая гипноз.
