Эти глаза, цвета благородного серебра могут свести с ума любую женщину. А вкупе с запахом и властными, но благородными манерами… Понимаю его нижних, таким легко отдаться полностью.
— Откуда такие перемены и покорность? Глазки опустила, ладони на колени сложила – прямо сама покорность. Что-то задумала? — немного вдавливает пальцы в мой подбородок, словно я сопротивляюсь.
— Ничего, Мастер, — продолжаю играть ту, кого он хочет во мне видеть.
— Такая ты мне определенно нравишься больше, — улыбается, но как всегда только губами.
Отпускает меня, а я усмехаюсь и тянусь губами к его уху. Глубоко вдыхаю холодный мятный запах.
— Мне нравится с вами играть, Мастер, — шепчу ему я, водя носом по уху, наблюдая, как по его шее разбегаются мурашки. — Мне нравится покоряться и доставлять вам этим удовольствие. Возбуждает. Но это просто игра. Жить по вашим принципам, в зоне вашего комфорта я не готова, да и не хочу, — усмехаюсь, смотря, как он сглатывает, и как двигается его кадык. Очень сексуально.
— Ну а сегодня вы мой режиссёр. Так что руководите, Мастер, — отодвигаюсь и вновь сажусь в позу «хорошей девочки».
— А если… — обращается ко мне, но к нам подходит консультант с платьями, демонстрируя несколько вариантов. Черное, серебристое и темно-бордовое. Доронин склоняет голову, рассматривая наряды. — Черное, — выбирает он, и я выдыхаю – люблю черный.
— Хорошо, белье и чулки уже в примерочной. Насчет туфель… есть несколько вариантов…
— Классические «лабутены», думаю, подойдут.
Девушка быстро кивает и убегает за туфлями.
— Иди переодевайся! — ох, этот командный тон… Поднимаюсь, выполняю приказ. Прикрываю дверь примерочной, полностью раздеваюсь, надеваю черные кружевные стринги и вижу в зеркало, как в примерочную проходит Доронин с парой туфель. Он опускает их на пол, молча берет упаковку чулок, распечатывает их, осматривая мое тело.
— А…
— Тихо, — не дает мне сказать. — Молчи, играй роль до конца, раз уж взялась, — он прав.
Прикусываю губы, ощущая, как соски напрягаются под его обжигающим взглядом. Доронин расправляет один чулок, ровно такой, какой заказывал, с кружевной резинкой и швом сзади. — Сядь, — указывает на пуфик и опускается передо мной на корточки, как только я присаживаюсь. — Дай ногу, — берет меня за щиколотку и ставит ее к себе на колено. Надевает чулок и медленно раскатывает его по ноге. Ох, мамочки, этот мужчина умеет удивлять и возбуждать простыми вещами.
