В какой-то момент я решительно направилась к любимому. Пока он еще не успел надумать всякие глупости насчет моей реакции. Ласково обхватила его руку напряженными пальцами и вполголоса произнесла:
– Знаешь, почему ты не можешь смириться? – Он хмуро встретился с моими глазами, кажется, насторожился. – Потому что ты хороший человек, Миша. Брат, любящий свою сестру. То, что ты чувствуешь… Это совершенно нормально!
Миша поджал губы, опустил глаза и неуверенно обхватил мои руки в ответ. Я с болью наблюдала за ним, остро ощущая колючую мужскую энергетику.
Как будто хозяин квартиры закрылся и очень хотел отгородиться от меня.
– Спасибо тебе… – выдохнула я благодарно.
– За что? – глухо отозвался Миша.
– Что рассказал мне. Я знаю – тебе было тяжело… Но это очень важно для меня.
Карие глаза встретились с моими, словно услышанное Мишу озадачило. Я же взволнованно коснулась ладонью его лица, буквально задыхаясь от переполняющих меня эмоций.
– Что бы ты ни думал – я никогда не отступлюсь от тебя, – отчеканила каждое слово, глядя прямо в глаза, от красоты которых замирало сердце.
– Мне очень жаль, что все это произошло с тобой. Но я горжусь… Горжусь, что ты выдержал тот ад! И я уверена, мы справимся с твоими кошмарами. Их можно вылечить, вот увидишь! Есть много специалистов, которые…
– Нет, – неожиданно отрезал он. Мягко сжал мои руки и непреклонно произнес: – Я понимаю твою заботу, Полин, но не собираюсь какому-то дядьке изливать свою душу. Я вообще не собирался ни с кем это обсуждать.
Ты одно большое исключение – на этом все. Да и не верю я в этих мозгоправов.
Внутри неприятно садануло. Нервно выдохнув, я уставилась на наши руки и попыталась убедить нас обоих, как бы наивно это ни звучало:
– Все равно эти воспоминания оставят тебя. Мы заменим их новыми воспоминаниями…
В груди ухнуло, когда я увидела, что Миша слегка улыбнулся. Затем он вдруг притянул меня к себе и крепко обнял. Ловко встав с подоконника, взял мое лицо в руки и прикоснулся лбом ко лбу.
– Ты моя девочка, – с ласковым хрипом произнес, прикрыв глаза. – Я ни разу не пожалел, что выбрал тебя.
Пульс резко участился, когда его губы поймали мои и начали неистово целовать. Он стиснул меня своими руками так сильно, что стало трудно дышать. И пламя мгновенно разгорелось между нами… Что бы Миша ни вкладывал в этот поцелуй, останавливаться он не захотел.
Я не успела понять, как оказалась усажена на подоконник с широко разведенными ногами.
