Я успела пообедать, за обедом заметила много пропущенных от Фавста, но когда я приехала сюда, кронпринц попросил меня не отвечать на звонки некоторое время по соображениям безопасности.
Совет Фавста мне бы сейчас понадобился, но я спрятала телефон, подавив желание позвонить.
В итоге прошло часов пять. Затем семь. Был уже вечер, но Деон и кронпринц все еще не вышли из комнаты. Мои ноги уже устали бродить в ожидании, сидеть я тоже уже не могла, заняться было нечем. Весь остальной дом жил своей жизнью, и даже принцесса явно решила остаться тут, потому что в комнату, где она была, периодически бегала прислуга с едой.
Не выдержав, я вернулась к двери, за которыми был кронпринц и Деон, но охрана внезапно остановила меня.
— Его Высочество попросил не беспокоить. Простите.
Я уставилась на этих людей в полном шоке. Меня отослали подальше?
— А, вот как. — вырвалось у меня. — Тогда передайте Его Высочеству, чтобы он тоже больше не беспокоил меня. Никогда.
Развернувшись и психанув, я ушла в комнату и рухнула на кровать лицом в подушки и от души стукнула по ним кулаками, давая выход эмоциям.
— Как же все заколебало… — зарычала я. Затем села, взяла подушку и, посмотрев на нее, сжала ее по бокам, представляя, что это кое-чья шея, и принялась стучать ею об кровать, приговаривая каждый раз: — Я просто! Хотела! Жить! Спокойно! Переродиться и спасти родителей! Разорвать помолвку! И просто! Спокойно! Жить!
Затем я ударила кулаком в бок подушки и она отлетела на пол. И швырнула от души следом еще одну.
Боковым зрением я уловила что-то у двери, и, резко обернувшись, не сдержала тихий вскрик.
— Черт!..
Кронпринц стоял у двери, сложив на груди руки и с каменным лицом наблюдал за всем этим.
Я почувствовала жгучий стыд. Даже для восемнадцатилетней аристократки я вела себя странно, но когда знаешь, что тебе на самом деле почти тридцать, то становится еще более стыдно.
И сколько он уже здесь слушает мою ругань?
Его взгляд упал на подушки на полу.
— Это было даже забавно.
Не ожидал увидеть в тебе такую черту характера.
— Я разве не передала, чтобы вы больше меня не беспокоили?
— Это что, обида? — он прошел в комнату, а я фыркнула, решив не отвечать на этот вопрос.
— Раз уж вы освободились, я хочу поговорить о моем перечеркнутом. Я тоже хочу разобраться в этом деле. Поэтому, впустите меня к нему?
Глаза кронпринца после этих слов приобрели отстраненное выражение.
— Это невозможно.
Мне захотелось швырнуть в него подушкой.
