Так, что я не только угомонить свое тело не могла, а даже привести мысли в порядок была не в состоянии.
Внезапно дверь без стука распахнулась. С грохотом. Ударившись о стену. И я на пороге увидела кронпринца.
— Значит, ты все-таки решила перебраться в другую спальню? — его хриплый голос полоснул по сознанию. Правда, возможно, на меня больше подействовал взгляд Кейла. Потемневший. Пробирающий до дрожи.
— Мы с тобой не являемся мужем и женой, но ты уже позволяешь себе распускать руки, — мне хотелось поерзать на кровати.
А лучше вовсе вскочить с нее и отбежать к стене. Идеально было бы испариться из этой комнаты.
Не знаю почему, но создавалось ощущение, что с тем кронпринцем, который сейчас стоял на пороге моей новой спальни, подобная мера была жизненно необходимой.
— Хочешь сказать, что ты вообще не приемлешь моих прикосновений? — он закрыл дверь, но, несмотря на его тотальный самоконтроль, даже это Кейл сделал несдержанно. Он точно был в ярости. — Почему же?
— Я уже сказала — пока что мы не являемся мужем и женой, — я напряглась, наблюдая за тем, как Кейл пошел в мою сторону.
Желание встать с кровати и куда-нибудь отойти, усилилось. Стало практически невыносимым."
"— Как только на наших документах появятся штампы, свидетельствующие о том, что мы вступили в брак, ты перестанешь от меня убегать? — он спросил это так, что у меня по коже скользнули мурашки.
— Да, — произнесла на выдохе, хоть и чувствовала себя в этот момент так, словно подо мной разожгли огонь и его языки мгновенно окутали все тело.
Наверное, мне хотелось ответить иначе. Несмотря на то, что благодаря проклятью уже давно появилось понимание того, что так или иначе нам придется быть вместе, в моем сознании все так же царило множество запретов.
Но я посчитала, что не стоит их озвучить. Ведь даже мое «да» значительно оттягивало время. Неизвестно, когда мы станем мужем и женой. Может, у нас вовсе не получится это сделать.
— Отлично, — он остановился рядом с кроватью, а потом, прежде чем я поняла, что произошло, он сжал ладонь на моем запястье и одним рывком притянул к себе.
Своими губами впился в мои. Слишком жестко. Грубо настолько, что губы тут же начало жечь и дыхание перехватило, с первых же мгновений давая понять, что таких поцелуев у нас раньше не было. В нем все было слишком критично. Даже больно. Словно выплескивалось все и сразу, из-за чего голова тут же начинала кружиться, а тело сгорать в самом жарком, невообразимом пламени.
