Я боюсь даже представить, как мы будем это делать!
Мои руки до сих пор связаны, мне кажется, я уже даже не чувствую их, хотя вчера вечером Антон немного ослабил путы, и даже принес мне старое ватное одеяло, чтобы мне не пришлось снова спать на грязном полу. Хотя от этого я, в общем-то, все равно не перестала быть его личной комнатной собачкой.
Вопреки ожиданиям, он развязывает мне руки. Плечи ужасно ноют, когда я завожу их вперед. Запястья тоже саднят, и первое за что я принимаюсь – растираю их закостеневшими пальцами.
– Без глупостей, – Антон протягивает мне тест.
– Отвернись, – только и говорю я, глядя ему прямо в глаза.
– Чего я там не видел, – рыкает он, но мою просьбу все же исполняет.
Я сама опасаюсь того, что увижу там. У меня было время поразмыслить, и теперь я точно понимаю, что последние дни меня мутило вовсе не от стресса, хотя и его в моей жизни было достаточно.
Я будто оказалась в не смешном фильме. Драме, которую никогда бы не хотелось ощутить на собственной шкуре.
– Ну что там? – в нетерпении спрашивает муж.
– Нужно подождать несколько минут, – отзываюсь я, хотя вторая полоска начинает проявляться прямо на моих глазах.
– Если ты окажешься беременной – мы сделаем аборт. Тащить еще одного отпрыска Катаева я не собираюсь, – рассказывает Антон, пока у меня внутри собирается паника.
Я и не подумаю избавляться от малыша. И никто меня не заставит. Ребенок не должен платиться собственной жизнью за мои ошибки.
– Ну что там у Вас? – Тимофей возвращается в дом за результатом.
Муж смотрит на меня, а я прижимаю тест к груди.
Его лицо искажается злобой, потому что он прекрасно понял все по моему жесту, разглядывать полоску на наличие второй линии теперь нет никакой необходимости.
– Сука! – лишь изрекает он. Чувствую, что муж начинает снова терять контроль над собой.
– Тихо! – вдруг обращает на себя внимание друг Руслана. – Кто-то по лесу идет, слышите?!
Я не слышу, но решаю воспользоваться шансом. Хуже, чем есть все равно не будет.
– Помогите! – кричу я, что есть мочи, но ее не так уж и много.
Этого оказывается достаточно для того, чтобы Антон за шаг добежал о меня и зажал рот ладонью.
– Молчи! Молчи! – цедит он.
Тимофей выбегает из домика в лес. Я очень надеюсь, что там охотники, которые с удовольствием пристрелят его вместо какого-нибудь дикого кабана.
Мои уши заложило. Шумовая завеса не дает возможности услышать что происходит за дверью, но Антон точно в курсе, потому что не отпускает, потому что сжимает меня все сильнее.
