Но если у них все так плохо…
Позвонить ей, сказать: «Таня, бросайте вашего мужа, идите жить ко мне»? Но разве он сможет простить, что она десять лет жила с подлецом и позволяла себя унижать?
Вместо того чтобы пожалеть Таню, Миллер почувствовал к ней презрение. Да, в восемнадцать лет человек не способен мыслить здраво, но за десять-то лет можно было разобраться в ситуации!
И он сердился на нее за то впечатление чистоты и внутренней силы, которое она произвела на него, хотя на самом деле жила с плохим и грязным человеком и не могла от него не замараться.
«Лживая девка!» — зло подумалось ему.
— Вообще, Дим, не понимаю взрослых мужиков, которые тусуются с молоденькими! — разглагольствовал Колдунов.
Миллер вспомнил свою авантюру с Милкой, смутился и пробормотал, что да, ему тоже с возрастом стало не о чем разговаривать с восемнадцатилетними.
— Не в том дело! С некоторыми тридцатилетними тоже особо не поговоришь. Я про физический контакт. Неокрепший детский организм у меня ничего, кроме жалости, не вызывает.
Таня была совсем ребенок, когда выходила замуж — маленькая, кругленькая. А физиономию ее можно было смело использовать для рекламы детского питания «Здоровый малыш». Воспринимать это дитя как партнера по сексу мог только человек с нездоровыми наклонностями.
«Кажется, битье профессоров скоро войдет у меня в привычку», — тоскливо подумал Миллер, из последних сил подавляя желание ударить коллегу. Никто не смеет думать о Тане как о партнерше по сексу!
Глава 9
Новая работа неожиданно пришлась Тане по душе.
Во время учебы в институте она уже работала санитаркой и теперь думала, что в частной клинике ее ждут те же обязанности — мытье палат и уход за лежачими больными. Физического труда Таня не боялась, она принадлежала к счастливой категории женщин, у которых в руках спорится любое дело, однако после работы в операционной убирать помещения было бы очень скучно.
Но, узнав, что она — операционная медсестра, менеджер по персоналу определила ее в оперблок, так что Таня оказалась в привычной обстановке, правда, теперь она не подавала инструменты хирургу, а только обрабатывала их.
Обязанностей было много, и некоторые оказались не то чтобы интересными, но, во всяком случае, требующими внимания и сосредоточенности. Так, например, она должна была содержать в порядке операционный микроскоп и плазменный скальпель — внушительного вида приборы, которыми здесь пользовались почти на каждой операции.
