И это он мне говорит после того, как выкрал от матери её ребёнка!
- У меня есть мысли о том, как сложится дальше наша жизнь. Я хочу с тобой развестись, но прежде мы подпишем брачный контракт, по которому ты отказываешься от того, на что не заработала.
Подойдя к дивану, он вновь расположился на нём и теперь смотрел на меня с каким-то злым весельем.
- То есть, ото всего, - со смешком продолжил Троянский.
Я смолчала. Противопоставить этому мне было нечего, но план Руслана меня более чем устраивал.
- Продолжай, - велела я, уже зная, что главный подвох ждёт меня впереди.
- Побрякушки и шмотки можешь себе оставить. Машину, которую я дарил, тоже. Савва, как я и говорил, будет жить со мной…
- Нет. Это исключено.
- Он будет жить со мной, причём я на ближайшие пару недель, пока мы не утрясём все вопросы, вообще запрещаю вывозить ребёнка из этого дома, - продолжил Троянский, на что я буквально задохнулась от возмущения.
- Руслан, ты себя слышишь? - ужаснулась, инстинктивно подаваясь к мужу.
- Да, я себя слышу.
И ничего страшного в своих словах не вижу. Ты без работы, без жилья, без средств. У сына здесь всё есть для отличной жизни. Он здесь прописан, в конце концов. Он пойдёт здесь рядом в лучшую частную школу. Дети остаются с отцами - так бывает.
- Но я против!
- Это неважно. Я предупредил полицию, что если будут какие-то звонки от тебя или твоих родственников о том, что я удерживаю ребёнка силой, они могут явиться сюда с органами опеки в любое время и убедиться, что сын находится по месту проживания и ему ничего не угрожает.
Мои брови, по мере того, что говорил Руслан, поднимались всё выше и выше, пока не оказались едва ли не на затылке.
- Женя, я прошу тебя сейчас мыслить без эмоций. Конечно, я не стану противиться тому, чтобы ты виделась с Саввой и забирала его после нашего развода в соответствии с установленным графиком, который зафиксирует суд. У нас будет очень интеллигентное, цивильное, можно сказать, светское расставание. И сын никак не пострадает. Напротив. Он будет обеспечен всем, он унаследует многомиллионный бизнес, чего ты ему дать никак не можешь.
А ты занимайся своей жизнью. Можешь даже попробовать окрутить Мережковского.
При упоминании Олега глаза Руслана недобро блеснули. Он сейчас даже напомнил мне себя прошлого, когда в нашей жизни не было его шлюхи, и Троянский эпизодически ревновал меня, когда рядом со мной оказывался кто-то, кто проявлял мужское внимание. Но этот взгляд так же быстро исчез, как и появился.
