Ничего себе заявочки.
Смотрю на нее растерянно и пытаюсь понять — это ее желание и мысли, или бабушки Риммы, у которой гостила несколько дней.
— Над этим презентом мы еще подумаем с твоей мамой, а пока, — приседаю и, глядя в глаза дочки, говорю, — беги в прихожую.
С горящими глазами Марго выбегает из гостиной, и уже через минуту мы слышим счастливый детский крик.
— Котенок! Мама, котенок! Я же говорила, что папа подарит, — гордо прижимает пушистый комочек к груди.
— А теперь можно и о братике подумать, — произношу с улыбкой.
— Не хочешь такой подарочек? — обращаюсь к Злате. — Могу постараться..
— Пойдемте к столу, все готово, — ничего не отвечает на предложение, но ее глаза загораются. — Подарочки вы мои.
Эпилог
Злата
Проходит практически восемь месяцев от момента сближения с супругом, до того, как я полностью сдаюсь и решаю переехать в наш большой и совершенно новый дом с Платоном, который выбираем сообща. На приобретение нового жилья тратим практически месяц, и совместные обсуждения дома мечты доставляют огромное удовольствие — мы проговариваем каждую деталь, свои фантазии о том, чего хотелось бы в новом месте, учитываем косяки прошлого жилища, и достигаем обоюдного удовлетворения, когда находим тот, который подходит по всем параметрам.
В новом пространстве даже дышится иначе, тут нет истории и жизнь действительно хочется начать с нуля. Новую и принципиально отличающуюся от предыдущей.
Вместе с Платоном полгода мы посещаем семейного психолога, роемся в проблемах прошлого и обязательно все это обсуждаем после сеансов наедине.
Кажется крайне легким, но по факту очень тяжело и сложно открываться друг другу, когда годами привыкли прятать свои чувства. Я и вовсе не приучена этому с детства, и по-настоящему преодолеваю себя. В этот раз специалист попадается действительно качественный, и он очень умело расставляет в голове все по местам, помогая моим тараканам играть в своем оркестре симфонию чуть тише.
Что интересно, но и вечно молчащий каменный Платон тоже начинает говорить. Он высказывает накипевшее, делится вещами, которые я совершенно не замечала и не видела, и мне становится легче, что я наконец-то могу слышать своего любимого человека, и понимать его многие решения, обиды и страхи, которые есть в каждом из нас. Платон очень старается, и я действительно это чувствую, тоже идя ему навстречу.
