Я бросила его с травмой, в то время когда у Платона были проблемы. Я всегда говорила и думала только о себе, поездка — апофеоз моей наглости.
Честно себя спрашиваю, а как бы ты отреагировала, если бы лежала с гипсом, тянула руку к мужу и просила — останься!? А он улетел бы. Морщусь от ситуации и меня мутит.
— Связь началась еще в совместной поездке с Самохваловыми. В клубе был секс, — продолжает Платон.
— Поэтому ты так спешно захотел домой, да? — холодно на него смотрю.
— Да. К счастью, позже мы решили наши проблемы, но потом появилась Полина и снова закрутилось.
— Ты спал с ней до Парижа? — хочу знать правду.
— Нет. После поездки ничего не было. Все началось позже, но это уже не имеет значения. Измена есть измена. Злата, прошу, дай мне шанс, я виноват, могу миллион раз повторять и клясться, что никогда не предам, — протягивает ко мне руку. — Я не подведу, поверь.
— Я подаю на развод, Платон. Найди себе ту, кто станет лучшей, а меня оставь. Хочу попытаться стать собой, понять жизнь, людей, не знаю, — слова мои спутаны, толком и сама не понимаю, что говорю.
— Пожалуйста, нет, — отвечает на это, убирая руку, понимая, что я не сомкну наши пальцы.
— Если остались хотя бы крохи чувств и уважения — отпусти. Дай жить. Найти себя, свое предназначение. Я не могу простить, знаешь почему? Потому что люблю так, что сердце заходится. Было бы мне плевать, я бы сейчас налила вина, выпила залпом и сказала — и ладно! Живем дальше. Но я так сильно люблю, что проще уйти. Мы потеряли нашу семью и стоит это принять.
Надеюсь, что не станешь нарушать мое личное пространство и дашь попытать шанс с другими людьми."
"Лицо Платона бледнеет. Он смотрит на меня и словно мимо. Я знаю, что причиняю ему боль, но не могу иначе, ведь и сама умираю от всего, что с нами произошло.
— Обещай мне быть счастливой, — тихо произносит. — Я люблю тебя и дочь, но не стану себя навязывать. Ты имеешь право бросить того, кто обманул, — говорит отстраненно. — Могу я рассчитывать, что не будешь препятствовать общению с дочкой? — добавляет.
— Плат, папа ты идеальный, Рита не должна лишаться такого родителя.
По щекам Платона катятся слезы. Я мечтаю поскорее забрать дочь и укрыться в ванной, чтобы прорыдать всю ночь. Не жаль терять мужа, который ничего не стоит, но потерять Платона мой личный проигрыш…
Глава 42. Платон
— Как ты? — спрашивает мать, резко вытягивая бутылку из рук. — Платон, ты нормальный? Спиваться не выход.
— Уйди, — отвечаю на ее слова.
