И мне хочется сжаться в комочек, или открыть дверь и бежать куда подальше от бесчувственного жесткого мужчины, и если бы не моя Мира, я так бы и сделала…
Если бы не недуг моей, крошки я бы никогда не подошла к человеку, который нанес страшнейшую из ран…
Рану, которая не затянулась, которая кровит, и я, как раненая волчица, все зализываю ее с тех самых пор, как Умаров выгнал меня…
Вот и сейчас я обнимаю себя руками, закрываюсь, в то время как Умаров сидит ровно, с развернутыми плечами. Ему бы подошло быть генералом, выправка будто армейская.
Даже сидя он возвышается надо мной подобно черной скале.
Молчание длится и длится, а может, проходят всего секунды, я словно застыла в моменте, Умаров же бросает на меня оценивающий взгляд, который я не могу распознать, осматривает с ног до головы, и я понимаю, в каком виде предстала перед мужчиной. Не красавица. От подобного осмотра со стороны миллиардера у меня кровь к щекам приливает, даже уши печет и хочется забиться в самый дальний угол салона, чтобы дистанцироваться, чтобы справиться с теми чувствами и воспоминаниями, которые жалят больно.
От уверенности в собственных силах не остается и следа. И это все он делает одним лишь взглядом. Не произнеся ни слова."
"Обида гложет и мне не о помощи просить хочется, а накинуться и расцарапать это надменное лицо в кровь…
Наконец, Умаров с равнодушным видом вскидывает бровь и выдает с нажимом:
– Просветишь, о какой дочери речь?
Глава 4
Если бы мог заморозить, испепелить одним взглядом, то я бы сейчас, наверное, превратилась в ледышку, на меня словно азот прыскают, и кожа холодеет, покрывается мелкими глубокими трещинками.
Страх сковывает, а безэмоциональная сухость мужчины лишь усиливается. Обрушивается на меня.
– Я жду ответ, – выдает скупо.
Меня лихорадить начинает, бросает в жар и, может быть, я все же заболела, продрогла, пока стояла на ветру. Передергиваю плечами. Я промокла до нитки и одежда, прилипшая к коже, вызывает озноб.
Несмотря на то, что в салоне тепло, согреться никак не получается.
Кажется, скоро зубы стучать начнут.
Марат скользит по моей фигуре оценивающим взглядом, хмурит широкие брови, явно замечает мое состояние.
Стукает по клавише рядом со своим сиденьем, и я ощущаю, что кондиционер начинает продувать салон гораздо более теплым воздухом.
– Ты тратишь мое время, Ольга.
Выдает все так же без особых эмоций. Явно демонстрирует, что не верит мне, а я неожиданно для себя замираю.
