Зачем ты ходила к этому ущелью, Алисия? Люди говорят, что ты упала не просто с обрыва, а с того самого поваленного дуба. Зачем же так рискуешь теперь?
— Конечно, она упала с него, — фыркнула Юола. — Она всю ночь там пролежала. Нашли только под утро. Потом столько слухов ходило, генерал. Позорных домыслов. Что могла делать лера глубоким вечером в ущелье? Совсем одна!
— Всю ночь? — Орм размял шею и сжал в кулаке салфетку.
— Я думаю, никому не интересно, что я там делала, — я взглянула на близняшек, жирно намекая, что им стоит прикусить свои сдвоенные языки.
Критес же сидел с видом хозяина. Упивался моей беспомощностью. И я еще пыталась защитить его. Просила сестру излечить его раны. Помогла подняться на крыльце, терпя боль.
И ради чего?
Ради кого?
Да он не стоил этого.
Не стоил!
— Генералы, а может, вы расскажете о своих подвигах в битвах? — пришла мне на помощь Талья, уводя разговор в сторону. — Уверена, у вас их было немало.
Стейн как-то печально усмехнулся, легко разгадав её маневр.
— Ой, а я бы наконец узнала, что делала сестрица ночью за стенами замка, — прошипела Сафира. — Говорят, на свидание бегала.
— Мне было восемь лет, — процедила я сквозь зубы.
— Так рано пала, — она сделала большие глаза.
Гадюка!
Втянув через ноздри воздух, я умоляла себя успокоиться.
— И правда, может, наша благовоспитанная лера наконец раскроет тайну? — оскалилась Юола.
— Хватит! — рявкнул Орм.
— Разве вам не интересно? — Сафира кокетливо похлопала ресничками.
Огненного дракона перекосило от гнева.
— Я сказал — хватит! Всем есть! — это было сказано таким голосом, что даже я взяла ложку.
Но...
Но поняла, что устала скрывать свои чувства. Устала таиться. Что я сделала плохого? Почему должна молчать? Терпеть их издевательства.
Я ни в чем не виновата.
Ни в чем! Ни перед кем!
— Да, Сафира, ты права, — четко произнесла я, осознавая — терять мне уже нечего. Старый лерд мертв. Эти земли больше не принадлежат семье Матей и репутации моей уже ничего не навредит.
Да и не навредило бы. Это всего лишь детский страх, который я давно уже переросла. И той девочки, что страшилась отца, уже нет. Она осталась там на дне ущелья. — Ты права, Сафира, я бегала на свидание. В тот день... В тот вечер, когда объявили о войне, я хотела проститься с тем, кого до сих пор люблю. Да, я ждала его в ущелье и жду по сей день. Поэтому и хожу туда. По-моему, это исчерпывающий ответ, — положив ложку, я немного неуклюже поднялась и отодвинула стул.
