Огромное кресло лерда опустело. Глядя на него, я невольно вспоминала отца. Себялюбивого мужчину в вечном окружении прихлебателей. Они лебезили перед ним, расшаркивались, а он упивался своей властью.
Да, таким он был.
Гордец, хвастающийся чистотой крови! А сам растил бастардов, рожденных простыми крестьянками. Двуличная сволочь. Мне стало отчаянно жаль леру. Ту женщину, что я столько лет считала матерью. Ей приходилось сглатывать унижения. Закрывать глаза на все. Терпеть разочарования и признавать плоды измен супруга.
Не просто прощать его раз за разом, а называть своими его нагуленышей.
Ужасно!
Няня... Сердце кольнуло от боли.
Но кто я такая, чтобы судить молодую вдову?
Она пыталась устроиться получше ради дочери. Ради ее будущего. Да, стала одной из женщин лерда. Было ли это правильным? Не мне решать! Не мне осуждать! Я должна лишь защищать ту женщину, что дала мне жизнь. Что подарила мне ее дважды: родив и отбив у смерти после падения. Няня навсегда останется для меня самым любимым и светлым человеком.
Все остальное неважно! На все остальное я закрою глаза. Она из кожи вон лезла, лишь бы со мной и Тальей все было хорошо. Чтобы мы, сытые и одетые, ни в чем не нуждались. Чтобы жили в тепле и достатке, настолько это было возможно в годы войны. Няня никогда не рвалась к власти. Не пыталась командовать в замке. Она жила ради нас с Тальей. Заботилась. Как и любая хорошая мать пыталась оградить от всего.
И все же в душе осталась легкая горечь.
Прошлое покрылось толстым слоем пепла.
И ворошить его когда-нибудь снова мне не хотелось.
Пусть все уйдет и забудется."
"— Так, наверное, вам надо многое обсудить, — Ивар поднялся. — Ты извини, брат, но надолго не задержусь. Нужно смотреть, что там за рекой и как. Мне донесли, что дом главы семьи в относительном порядке. Небольшой ремонт и генеральная уборка. Немного уюта. Но это все же не замок...
— Я помогу тебе со всем. Дай только еще немного времени наладить быт здесь, — Калле взглянул на брата и, запустив пятерню в волосы, тяжело вздохнул.
От его циничного веселого выражения лица не осталось ничего. Все это была игра. Маски. Сейчас же он выглядел так, словно из него выжали все силы. — Лучше бы нам сплотиться и по очереди поставить на ноги оба лена. Все же мы один род. Одна семья.
— Согласен, — Ивар закивал и растер лицо ладонями. Он тоже заметно выдохся. — Тогда я завтра поутру отправлюсь своими глазами посмотреть, что там и как. Может, задержусь немного.
