— А если без церемоний, — белый генерал прищурился, — то что вы можете нам сказать, уважаемый?
— О, если без красивых слов, то эти лены — самая северная точка границ новой империи драконов. За океаном континент оборотней, и они знают, как сильно ослабли наши расы. Вы должны укрепить эти лены, — рыжеволосый маг сурово взглянул на генералов. На мгновение мне показалось, что передо мной не простой гонец, а как минимум лерд.
— Мой отец? — Калле задумчиво растер подбородок.
— Остается при дворе советником. Но вот ради чего я прибыл.
Посланник протянул генералам свитки в футлярах. Достав свой, Калле бегло прошелся по нему взглядом. Легкий шум заставил меня поднять голову. На втором ярусе едва покачивалась тяжелая штора. Склонив голову набок, подозрительно осмотрела пространство. Никого. Только окно приоткрыто. Видимо, сквозняк.
— Нам нужно поговорить наедине, генералы, — гонец недвусмысленно бросил взгляд на меня. — Не сочтете за наглость?
— Хорошо, — Калле кивнул, — но я провожу свою невесту в комнату.
Простите, но это не обсуждается...
— Я сама, не нужно, — спохватившись, виновато улыбнулась. — Не стоит ради меня откладывать столь важный разговор.
— Алисия! — Калле возмущенно засопел.
— Ну, что я дорогу в свою комнату не найду? — я покосилась на Ивара, ожидая, что он поддержит."
"— Я найду Талью и пришлю к тебе, — не подвел он меня. — Может, ты как-нибудь ее подготовишь. Признаться, меньше всего я бы хотел сейчас воевать с собственной ши.
Посланник деликатно откашлялся, намекая, что он здесь лишние уши.
Взяв мою ладонь в свою руку, Калле поднял ее и прижался губами.
— Я очень быстро, Алисия.
— Конечно.
Осторожно высвободив свою ладонь, поспешила наверх.
В голове блуждала только одна мысль. Теперь это все действительно принадлежит Калле Орму.
***
Войдя в комнату, сразу обратила внимание, что дверь на балкон распахнута и по помещению играет ветер. Дав себе мысленно затрещину за то, что не закрыла ее и практически выстудила комнату, поспешила исправить оплошность.
— Только не кричи, — услышав голос Критеса, замерла испуганно. Появившись в дверном проеме балкона, брат оглянулся на океан. — Это я много лет назад уговорил отца отселить тебя сюда. Никто не верил, что ты встанешь. А тут такой хороший вид. Хоть какая-то отдушина. После я корил себя за это малодушие. За сострадание, которое обязан был из себя вытравить.
— Что? — я замерла, плохо понимая, о чем он вообще толкует и что здесь забыл.
