Я пойду за тобой. По твоим следам. Из мира в мир. Но больше не отпущу. Никогда.
Вскинула голову, вглядываясь в потемневшие глаза, ловя в них отражение своей собственной, острой, почти нестерпимой жажды близости.
– Не отпускай. Ни в коем случае.
Несколько бесконечно долгих мгновений мы просто смотрели друг на друга. Потом Фарн поймал мое лицо ладонями. Большие пальцы сжали виски, один из них скользнул к губам, погладил, заставляя раскрыться.
– Кай…
Короткое слово стало последней каплей. Кайден рвано выдохнул, наклоняясь ко мне, и я закрыла глаза, полностью отдаваясь ощущениям.
Мы целовались… целовались… целовались… забыв обо всем, на пределе чувств и страсти.
Голова кружилась все сильнее, мысли путались, тело горело, как в лихорадке. Фарн проникал в меня с каждым вдохом, каждым касанием губ. Становился мной. Где он, где я, было уже не разобрать.
– Аэла… Моя… Сейчас… Всегда…
Сильные пальцы ласково скользнули вдоль позвоночника, заставляя меня мелко задрожать. Дрожь пробежала жидким пламенем по венам, обожгла сердце, ноги ослабли, словно ватные.
Хорошо, что меня в этот момент подхватили на руки…
А потом мы снова целовались.
Переходя из кабинета в спальню…
Торопливо раздевая друг друга…
– Кайден, – позвала, когда меня осторожно опустили на кровать, и с трудом узнала свой голос – низкий, сдавленный.
– Я здесь.
Он навис надо мной. Замер, жадно изучая, будто вбирая в себя, впитывая взглядом – зрачки его сейчас были чернее ночи, в них изумрудным огнем вспыхивали звезды, – и подался вперед, накрывая своим телом.
Тихий шепот в плечо:
– Не бойся. Я буду осторожен.
Дорожка поцелуев – от губ, по шее и до впадинки между ключицами.
Теплые руки, скользящие по моему телу.
Нарастающий жар желания.
Слитное движение навстречу друг другу…
И я потерялась, полностью растворилась в ощущениях. Даже легкая боль отрезвила лишь на мгновение. Потом она ушла, смытая исцеляющим заклинанием, и я снова утратила связь с реальностью.
Наши тела переплетались, спаивались воедино – каждым миллиметром кожи.
Я делилась своим дыханием, забирая чужой выдох. И сердца одновременно замирали, чтобы снова начать биться в унисон – учащенно и неровно. Яростно, как в последний раз.
А потом время окончательно замерло, и мир вокруг растаял, когда я взлетела к звездам, отпуская себя за грань.
***"
"Я уже привыкла просыпаться на рассвете, практически затемно, быстро собираться – как солдат, поднятый по тревоге, и куда-то бежать.
