Щит обеспечит полную безопасность на территории Твердыни, а дворец Драконов…
– Не самое лучшее место для лишенки, – закончила я за него. – Далеко не все мне там обрадуются."
"– Да… – подтвердил Фарн. Помрачнел. Признание явно далось ему с трудом. – В любом случае, если выберете дворец, я приложу все усилия, чтобы вы не пострадали…
Молчание.
– Но я не только об этом хотел поговорить…
Еще одна, наполненная почти осязаемым напряжением пауза и быстрое:
– То, что произошло между нами ночью…
– Если собираетесь извиняться, то не стоит, – поспешно вставила я.
– Мы оба плохо контролировали себя, были под действием яда и… Я тоже сожалею… Предлагаю забыть…
– Нет, – отрезал Кайден, на корню пресекая мой невнятный лепет. – Я ни о чем не жалею. Ни мгновения. Забывать не желаю. И извиняться мне не за что. Просто я подумал, что и вы тоже…
Он выдохнул сквозь стиснутые зубы, сжал кулаки, будто пытаясь успокоиться.
– Знаете, Эннари, о чем я мечтаю? – Тихий, настойчивый шепот у самого уха. – Чтобы вы поскорее вернули магию.
В полном объеме. До последней капли. И сделаю все для этого.
Потянулся ко мне, коснулся щеки, легко, почти неощутимо, как тогда, ночью, и тут же убрал руку. А у меня моментально пересохло во рту.
– Не буду больше задерживать. Вам нужно отдохнуть.
Коротко кивнул и вышел. А я смотрела ему вслед и все пыталась сглотнуть тугой предательский комок, что появился в горле, мешая дышать. Но почему-то никак не получалось. И сердце бешено колотилось о ребра, а в груди пекло – видимо, от нехватки воздуха.
Глава 2
Кайден шел по коридору, почти не замечая, что происходит вокруг, едва отвечая на приветствия, и пытался вновь взять мысли и чувства под контроль.
Вспомнил внезапно, что собирался поговорить с Эннари, расспросить ее о встрече с Никсом, замедлил шаг, но возвращаться не стал. Успеется. Девушка в безопасности, ее охраняют люди Фарна, у них строгий приказ не пускать в комнату никого, кроме леди Мьирры, Хобба и личных слуг. Химер не посмеет к ней сунуться.
Сейчас Нари прежде всего нужно отдохнуть, а ему самому – успокоиться.
Он всегда умел сдерживаться, иначе не выстоять, не уцелеть. Жизнь научила просчитывать каждый шаг, скрывать свое истинное лицо. Настоящим он был лишь с самыми близкими – с Алланом, тетей Мавейт. Остальные видели неизменно хладнокровного, невозмутимого, отстраненно-бесстрастного Кайдена. Старшего сына повелителя. Истинного наследника.
Ярость – плохой советчик. Страх тем более. О ревности и говорить нечего.
