А вот фонарь, видишь?
– Фонарь-то я вижу, да, но не вижу логики… Ты будешь повторять все глупости, которые сказал Чащин?
Евгений опять взял ее лицо в ладони и поцеловал.
И опять у Лили возникло ощущение, что она куда-то падает, не чувствуя земли под ногами."
"Она любила своего мужа. А то, что творилось сейчас, не имело к любви никакого отношения. Происходившее, скорее, отсылало Лилю к временам ее юности, к первым поцелуям – вот такое было тогда острое, сладкое, едва выносимое счастье. Счастье первых поцелуев, первой любви.
Это было время безумств, которое закончилось давно и почти позабылось, и даже имя того, с кем ходила на свидания, исчезло, черты лица стерлись из памяти. А сейчас, что ли, дверь в адреналиновое прошлое вновь открылась?..
Они целовались и целовались. Лиля чувствовала, как пространство внутри нее расширяется, заполняется, растет. И вот уже она вся – огромная, горячая, величиной с большой город. Нет, даже с земной шар. И внутри нее плавает, плещется желание, словно раскаленная магма.
Наконец она нашла силы оттолкнуть Евгения:
– Перестань… не надо. Всё. Всё, ты слышишь!
Он стоял напротив, тяжело дышал.
– Ну, все так все, – улыбаясь, задыхаясь, не сразу произнес он. – Идем.
– Куда?!
– Как куда? Ты обещала со мной выпить.
– О-о-о, Лазарев, ты невыносим…
Молча они шли по мокрой темной аллее – к главному корпусу.
Бар еще работал, и здесь находилось довольно много посетителей – все смотрели футбольный матч.
Большой экран на стене, официантка с кружками пива носится по залу.
Евгений помог Лиле снять плащ, потом они сели за столик в углу. В наличии и водка имелась, и любимый Лилей сладкий напиток.
Заказ им принесли почти моментально – сто граммов водки в графине и бокал с коктейлем (шампанское плюс клубничный ликер).
В помещении царила полутьма, лицо Евгения казалось совсем смуглым, контрастируя с его белой рубашкой.
Эта рубашка почему-то окончательно сразила Лилю.
Обычная белая рубашка по фигуре, как там этот фасон называется… А, «слим-фит».
Лиля покупала подобные мужу, Сергею. Но вот поди ж ты, как эти белые рубашки действуют на слабых женщин, особенно когда верхняя пуговица неформально расстегнута и виден островок широкой грудной клетки и поросль волосков на нем; рукава чуть поддернуты вверх, открывая сильные, тоже широкие запястья… И этот контраст между ослепительно-белым и кожей…
Лиля молчала, кусала губы.
