— Кого? Ты не показывала.
— А, да? — я вдруг сконфузилась. — Это Ник. Он мне… позировал немного. Получилось неплохо. Он же выглядит как кинозвезда… ну ты и сам это знаешь… Но если я хочу за это брать деньги, мне нужно больше практики.
— Я могу быть твоей моделью, — вдруг предложил Влад, нахмурившись. — Хочешь?
— Хочу! — воодушевилась я.
С тех пор пор прошла пара дней, я уже придумала, где именно и как я буду фотать восходящую звезду хоккея, осталось с ним самим договориться.
Можно было бы прям сегодня, если бы Влад мог.
Ник куда-то укатил, родители тоже — весь дом и сад были бы в нашем распоряжении. Но не успела я набрать его, как мне вдруг позвонила Оля. Вся в слезах, она совершенно измученным голосом спросила, может ли переночевать у нас.
— Оль, да живи у нас, сколько нужно! — горячо заверила ее я. — Я же уже говорила: тут просто огромный дом!
Поговорив с Олей и скинув ей адрес, я от злости чуть не расколотила телефон об пол. Ну вот почему такому прекрасному доброму человеку некуда пойти? Это же несправедливо! Родня у Оли не дай боже, к таким лучше не соваться, но и Соболь ее нифига не лучше! Мудак.
Опять расстроил ее! Да еще, видимо, из дома выгнал!
Оля чуть позже написала мне сообщение, что зайдет к родителям, а потом только поедет ко мне. И через двадцать минут написала, что выезжает.
Я приготовилась ждать. Прошел час. Оли все еще не было. Неужели автобус пропустила?
Я написала ей сообщение, но оно осталось непрочитанным. Позвонила — одни гудки. Никто не брал трубку.
В груди заворочался страх, хотя я всячески его подавляла и убеждала себя, что все в порядке, что Оля просто могла потерять телефон, или уснуть в автобусе, или…
Но пока я так успокаивала свою панику, мои руки уже набирали номер Ника.
— Мелкая? Что-то важное? Я занят.
— Мне нужен телефон Соболя.
— Зачем? — вдруг резко и довольно грубо спросил он.
— Кажется, с Олей что-то случилось, — и я быстро рассказала ему, что произошло.
— Блядь, — растерянно выдохнул Ник, как-то сразу мне поверив. Без единого звука дал мне номер, сказал перезвонить ему, как что-то прояснится, и строго-настрого приказал сидеть дома.
— А если нужна будет моя помощь?!
— Мы сами справимся. Алис, будь дома. Никуда оттуда. Ты поняла меня? Обещай.
— Обещаю, — буркнула я, сбросила его и позвонила Соболю.
Он взял трубку только с третьего гудка, и голос у него был такой, как будто он ненавидит весь мир в целом и меня в частности. Но как только я сказала про Олю, Соболь моментом переменился.
